– Кто к нам выходит? – захлопала глазами женщина. – Не знаю! Я всего лишь предполагаю!
– Все равно, знаешь ты или предполагаешь, – усмехнулся Кошкин. – Все равно неправда. Водяных не существует!
– А русалки? – распахнув глаза, спросила Анжела.
– Русалки с хвостом, – фыркнул Эдик. – А эта в сапогах была… Тьфу ты, этот!
– Значит, русал! В сапогах! Может, русалку в армию призвали! – сострила Инга. И снова вскользь глянула на Кирилла.
– Русал – это крупнейший в мире производитель алюминия! – Спиридонов решил не оставаться в стороне. – Думаю, он к нашему убийству отношения не имеет.
– Мужчина, вы к нам перебирайтесь! – Кошкина сдвинулась на стуле, расширяя пространство между собой и Ингой.
Сдвинулся и ее муж, хотя перед этим недовольно глянул на нее. И Эдик покосился, с чего это непонятно кто подсаживает мужика к его жене. Но вслух ничего не сказал.
Спиридонов кивнул, поднялся, поставил стул, затем перенес рюмку и тарелку, сел. Графин он оставил на своем столе.
– В тесноте, да не в обиде? – спросил он с улыбкой, пристально при этом глядя на Кирилла.
– А вдруг это не последнее убийство? – Алевтина Ивановна сомкнула на груди ладони, как будто в молитвенном жесте.
То ли просила небо избавить их от повторений сегодняшнего кошмара, то ли умоляла послать новый. Чтобы стало еще веселей.
– Ну вот, приехал отдохнуть! – в шутливом тоне посетовал Спиридонов.
– А почему в такую погоду? Почему без спутницы?.. Или вы охотник? – спросил Кирилл.
– И даже не рыболов… А спутница должна подъехать, жду… Камин затопил, такая красота! Даже хорошо, что дождь за окном. Мы же из Питера, дожди наше все.
– Вы с подругой?
– Какой ты любопытный!.. Кстати, Андрей!
Спиридонов представился и поставил свою ладонь на ребро – на краешке стола, давая понять, что готов протянуть Кириллу руку для знакомства. Но не протянет, потому что невежливо это, тянуть руку через стол, а подниматься лень, да и Кирилл рангом для него не вышел.
Кирилл также назвал свое имя, при этом глянул на свою ладонь. Интересно, вырастут ли на ней волосы, если он вдруг пожмет Спиридонову руку?
– А ты, значит, из Питера подъехал, Андрей? – спросил Эдик, слегка озадаченный тем, что Спиридонов не стал с ним знакомиться.
– Я же сказал, – оскорбленно, но на первый раз как бы прощая, сказал мужчина.
– И все помнишь?
– Что я могу не помнить?
– Ну, я подумал, что в тебя душа Димы могла вселиться. И к нам потянуть сюда, в этот Богом забытый угол.
– Душа Димы? Этот, который погиб?
– В такую рань погиб… И ты в ту же рань приперся.
– Во-первых, приехал, а во-вторых… Мне нравится твоя версия, парень! Но никакого Димы я в себе не чувствую!
– А что чувствуешь?
– Эдик шутит! – поспешила вмешаться Инга.
– Я тоже вижу, что шутит!.. – присоединилась к ней Анжела. – Все шутят! И мне нравится! Русалы, водяные, переселение душ… Не нравится, что убивают.
– Мы видели вчера этого Диму, – глянув на Эдика, сказала Инга. – Мне кажется, они дулись друг на друга.
– Сначала дулись, а потом нормально пошло, – щелкнул себя по горлу парень.
– А они потом снова не могли поссориться? – спросила Анжела.
– Могли… – кивнул Эдик. – Может, они всю ночь бухали, я, например, в такой дубак только по пьяни могу купаться пойти…
– А может, Крытов Диму на мороз в одних трусах выгнал, – неуверенно предположил Кирилл.
Может, не видел он никого в плаще сегодня, может, все-таки померещилось.
– А потом и сам к нему вышел.
– И ножом в печень! – поддакнул Эдик.
– Да нет, скорее в селезенку, – качнул головой Кирилл.
– Да какая разница, главное, что насмерть, – поддержал разговор Спиридонов.
– А тебе весело, да? – взвился Эдик.
– А давайте без конфликтов! – натянуто улыбнулся мужчина. – А то потом если вдруг снова кого-то убьют, скажут, что мы ссорились!
Эдик долго смотрел на него, как бык на красную тряпку, и вдруг улыбнулся:
– За это и выпьем!
Спиридонов улыбнулся ему, представился и даже пожал руку в знак примирения. Хотя до откровенной ссоры дело так и не дошло. Но выпили крепко. Кирилл и не заметил, как набрался, в туалет поднялся сходить, шатнуло его, Анжела даже за руку его взяла, чтобы не упал. Инга повела рукой, как будто также хотела подставить ему плечо. Во всяком случае, так показалось Кириллу.
Кошкины уже ушли, место освободилось, а Спиридонов так и сидел чуть ли не вплотную к Инге, хотя бы сдвинулся немного для приличия. Эдик этого не замечал, а Кирилл обратил внимание. Но промолчал. С чего это ему лезть в чужие дела? Хотя, честно говоря, Спиридонов ему не нравился. Темная лошадка какая-то.
Кирилл вернулся из туалета, услышал шум на парковке, подошел к окну. Полицейская машина остановилась, из нее вышел Крытов, нервный, в новом охотничьем костюме.
– Ух ты, еще не обрили, а уже отпустили!
Крытов прямым ходом зашел в ресторан и к барной стойке.
– Водки! – потребовал он. – Быстро!
– Игорь Михайлович, давай к нам! – позвал его Кирилл.
Крытов смерил его презрительным взглядом, а на Эдика еще и злобой пыхнул.
– Слышь, мужик, ты чего? – взвился тот.
