— Надеюсь, ты сможешь меня простить, — шепчет Кэнди мне на ухо, мягко отстраняясь, и в ее глазах отражается фейерверк, взрывающийся над головой. — Счастливого Рождества, Коул.
— Не за что прощать. Счастливого Рождества,
Затем мы вместе, в объятиях друг друга, наслаждаемся невероятным небесным шоу и вновь обретенным чувством покоя — тем, за которое мы оба готовы бороться.
— Обещай мне, что это навсегда, Коул Мастерсон. — говорит Кэнди, прильнув ко мне и устремив взгляд в небо.
— Обещаю, — отвечаю я с расслабленной улыбкой. Нежно прижимая ее к себе, я кладу голову ей на макушку и целую ее прекрасные золотистые волосы, вдыхая их сладкий лавандовый аромат. Дом. Иногда это место, а иногда человек. А иногда и то, и другое. Я вздыхаю.
— Мэгпи-Крик — это место, где начинается наша история, Кэнди. Ты, ребенок и я. Вместе.
Я делаю глубокий вдох, рассматривая свое отражение в зеркале. Мое белоснежное платье без бретелек выглядит скромно, но элегантно, с милой отделкой из перламутровых бусин. Тяжёлую, налитую молоком грудь покалывает знакомое напоминание. Пора кормить Грейс.
— Сара, — зову я, бросая на себя последний взгляд. — Пожалуйста, можешь принести Грейс? Ей пора покушать.
Моя дружка радостно воркует, нависая над драгоценным свертком в ее руках.
— О, Кэнди, она просто идеальна. — она осторожно передаёт мне мою дочь.
— Само совершенство, да? — Я медленно опускаясь на стул. Прикладывая дочь к груди, я не могу сдержать слёз.
— Ты в порядке, Кэнди?
Я киваю с легкой улыбкой.
— Просто счастлива, вот и всё. Эмоциональный день.
Сара улыбается в ответ, сдерживая собственные всхлипывания, прежде чем встать позади меня, чтобы полюбоваться видом моей милой малышки и заняться прической.
— Я не совсем понимаю, как, но ты и Коул действительно объединили Мэгпи-Крик, Кэнди. Я думала, такое бывает только в любовных романах! Пожарный и медсестра, недавно приехавшая в город, встречаются в канун Рождества и влюбляются друг в друга без памяти. Поцелуй под гул фейерверка, а потом у них рождается комочек счастья! Честно говоря, сложно поверить! Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, понимаешь?
Я прикусываю нижнюю губу, глядя на свою зеленоглазую, светловолосую красавицу. Даже если эти зелёные глаза она унаследовала не от меня, это больше не имеет значение. Они выглядят точь-в-точь, как у Коула, и это счастливое совпадение добавляет правдоподобности нашей истории. Друзьям и родственникам не обязательно знать о моем прошлом, и уж тем более о моей девочке. Защита Грейс и ее будущего — наш главный приоритет.
— Поверь мне. — всхлипываю я. — Я прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду. Это было похоже на сон. И какая-то часть меня все еще чувствует, что однажды я проснусь и пойму, что всё это нереально. Коул, наша Грейс… — чувство страха защемило в моей груди, и я с трудом сглотнула ком, вставший в горле.
— Что, если это сон, Сара? — шепчу я своей лучшей подруге. — Я не заслуживаю такого человека, как Коул. А Грейси заслуживает гораздо большего, чем я.
— Теперь слушай сюда, детка, — твердо говорит Сара, ее брови нахмурены, когда она садится передо мной. — Ничего плохого не случится. Ты красива, сильна и достойна всего самого лучшего. Коул и малышка Грейс — самые счастливые на Земле, потому что у них есть ты. Как и мы. Ты — недостающий кусочек Мэгпи-Крик, о котором мы даже не подозревали, пока не встретили. Это твой дом, и место в нём есть только для любви. Не позволяй тревоге или страху взять верх. Прошлое остаётся в прошлом. Вам двоим суждено быть вместе!
Моя лучшая подруга передает мне вышитый носовой платок с нашими инициалами.
— Так лучше. Ты будешь вспоминать этот день как один из лучших дней в своей жизни. Я гарантирую!
Я осторожно похлопываю свободной рукой под глазами, стараясь не размазать подводку.
— Спасибо, Сара. Мне было необходимо это услышать.
— Как мои девочки?
Я поднимаю взгляд, и у меня вырывается испуганный вздох.
— Коул! Что ты здесь делаешь?
Сара цокает языком.
— Ты ведь знаешь, что жениху нельзя видеть невесту перед свадьбой. Плохая примета.
Сердце замирает в груди от того, каким счастливым и красивым выглядит мой жених. Его улыбка может затмить солнце, я в этом уверена.
— Она права. — восклицаю я.
— Глупости. Разве встреча с моими девочками может быть чем-то иным, кроме как блаженством?
Я таю, как плитка шоколада, под жарким австралийским солнцем. Даже спустя год со дня нашей встречи этот невероятно самоотверженный, смелый и удивительный мужчина продолжает день за днем без особых усилий выбивать у меня почву под ногами.
— Ты такой красивый, Коули.
Он наклоняется, чтобы поцеловать меня.
— Как и ты, детка. — шепчет он, прислоняя свой лоб к моему. — А наша маленькая девочка во всем этом кружеве выглядит как ангелочек.
Я тихонько смеюсь. Это точно.
— Ты не мог бы взять ее на минутку, чтобы я могла привести себя в порядок?
