– Можно Вас на секунду? – спросил альфа его, и они вышли из кабинета. О, нет! Он сейчас ему всё расскажет. Я пропал! Я прислушался к их разговору, но как назло ничего не слышал, потом в кабинет вернулся один только медбрат.
– Мне нужно осмотреть ногу, – осторожно сказал он, – тот студент… он сказал, что у вас боязнь прикосновений? – я активно закивал. Мой заплаканный вид был сейчас лучшим подтверждением моим словам. Медбрат понимающе кивнул, – тогда снимайте ботинок, я вам дам мазь и бинт, а вы сами всё сделаете. Хорошо?
– Хорошо, – всхлипнул я.
– У вас больше ничего не болит? – всё так же осторожно спросил мужчина.
Я только помотал головой.
Всё же медбрат немного приврал, и сначала мне пришлось лежать с компрессом около часа, чтобы снять отёк. К тому моменту от холода я уже не чувствовал ни боли, ни ноги. Потом ещё час лежал с мазью, чтобы та лучше впиталась. И только после этого, когда я забинтовал ногу, работник отпустил меня до своего корпуса, строго-настрого наказав постельный режим.
Пока никого не было в спальне, я быстро переоделся и забрался в постель, попытался сосредоточиться на какой-то книге, которую взял в библиотеке, но настроение было хуже некуда. Я просто хотел, чтобы этот ужасный день кончился. Вечером приходили Арчи и Ричи, принесли мне ужин и сказали, что не отстанут, пока я всё не съем. Но я только поковырял вилкой в пюре и съел пару кусочков курицы, больше в меня не лезло. Я заверил их, что со мной всё в порядке и выпроводил – по их виду было понятно, что они снова задумали какой-то розыгрыш и не могли усидеть на месте.
Часов в десять комната наполнилась шумом – все готовились ко сну, кто-то то и дело спрашивал меня о самочувствии. Я натягивал улыбку и говорил, что завтра буду как огурчик. Кеннет же даже не смотрел в мою сторону. Пришёл часов в одиннадцать и сразу засопел. Мне, в отличие от него, спать совсем не хотелось. Я ждал, пока все уснут, чтобы пойти в душ и смыть с себя сегодняшний день. Я все ещё пах потом, лесом и прелой листвой. Поэтому когда по комнате начало раздаваться мерное дыхание, а часы показывали половину второго, я встал и похромал в ванную. Как обычно не стал включать свет, просто позволил струям горячей воды согреть меня и утешить.
– Знаешь, я, наверное, и правда тупой, – услышал я за спиной, как только выключил воду, и сердце ушло в пятки, – не понять самого очевидного. Столько месяцев пристально наблюдать и быть таким слепым.
– Кеннет…
– Я ещё не договорил! Я просто…Я просто не думал, что все могут оказаться ещё тупее меня, понимаешь? Ну то есть как, как он может быть не-альфой, если он учится здесь? Вот только…Как он может быть так равнодушен к спорту и местной еде? Как его лицо может быть в сто раз милее любого другого? Как его запах на моей толстовке может быть таким сладким? Как он может так смотреть, и так говорить, и так двигаться? Задай я все эти вопросы, я бы сделал что-нибудь гораздо раньше, – от этих слов по телу побежали мурашки, – но разве меня можно винить? Я всего лишь хотел видеть того, кого видели остальные – альфу. И, надо сказать, ты был прав. С самого начала ты был прав. В том, что не давал до себя дотронуться или не показывал нагого тела. Потому что, ох… Но хуже всего то, что я пофиксился на одном и том же вопросе: что он скрывает под одеждой? Я представлял себе страшные шрамы, или язвы, или не знаю. А ты скрывал под ней… омегу?
Кеннет на секунду замолчал, и я понял, что это мой шанс задать главный вопрос:
– Что ты хочешь за своё молчание? – нервно сглотнул я, всё ещё стоя спиной к нему.
– Дурак! – он подошёл ко мне, и я ощутил его дыхание на собственной шее. У меня волосы встали дыбом, а потом я почувствовал, как он прикоснулся своими ладонями к моей талии и мягко захватил в кольцо рук, прижимая к себе. Я чувствовал, как его пижама намокает, – я же думал, что с ума схожу. Думал, что влюбился в альфу. Даже, – он помедлил, – перед родителями каминг-аут сделал.
Я не смог сдержать нервного смешка.
– Смешно тебе? – Альфа развернул меня одним движением, и теперь мы стояли лицом к лицу. В темноте черты его лица были ещё резче, острее, но на губах играла несмелая улыбка. Я обхватил его руками и зарылся носом в шею, он в ответ прижал меня ещё крепче.
– Кеннет, – я немного отстранился, чтобы видеть его лицо, – что бы ты сделал?
– В смысле? – не понял он.
– Ты сказал, что сделал бы что-нибудь гораздо раньше, – мой голос дрогнул, – что бы ты сделал?
