– Может, ты расскажешь, зачем на самом деле идешь к развалинам? – спросил Егор, подстраиваясь под ее разболтанное скольжение, больше похожее на походку хорошо подвыпившего моряка.
– Ну, это такое дело, – Варвару немного качнуло, и она на мгновение прижалась к нему плечом, – странное... Даже не знаю, с чего начать.
– Мне кажется, все, что тебя касается, выглядит э... немного странно... – он придержал ее за локоть.
– Ну конечно! – делано фыркнула Варя, ощущая, как внутри нее все плавится, словно горячий шоколад. – Вы, господин Столетов, совершенно не умеете делать комплименты.
– Вообще-то это был не комплимент, а констатация факта.
– Еще скажи, диагноз! – Варвара прибавила шагу, отдавая себе отчет, что поступает как маленькая обиженная девочка. На самом деле ее злил не Столетов и не его слова, она могла бы даже посмеяться над собой, но... это был он, и обиднее всего было выглядеть глупо в его глазах.
– Эй, ты куда припустила? – окрикнул ее Столетов.
– Догоняй! – сделав «счастливое» лицо, обернулась Варя. – У меня руки чешутся, так хочется поскорее добраться до развалин и увидеть все своими глазами!
– А при чем здесь руки?
– Руки в этом деле самый важный инструмент, поверь мне!
– Да в каком деле-то?
– В мистическом! Думается мне, что развалины эти облюбовал черный колдун, а вовсе не монах! – хлебнув в азарте колючего морозного воздуха, она умолкла и на мгновение зажмурилась.
А когда вновь открыла глаза, увидела, что брови Столетова скрылись под краем шапки. Варвара вздохнула и провела острием палки по белоснежному полотну. Да, на его месте она бы тоже сейчас стояла охреневшая от подобных откровений.
– Короче, мне необходимо увидеть следы черной мессы, все детально описать и по возможности найти того, кто это сделал, – отрапортовала она, как если бы перед ней сейчас находился редактор.
– Что сделал? – ошарашенно пробормотал Егор.
– Собаку убил...
– Собаку? Ничего себе... – Столетов крякнул, а затем посмотрел в сторону Прохоровки.
Разумеется, деревню было не видать, да и что там осталось от той деревни? Углубившись правее, они почти дошли до широкой полосы прибрежных кустов. Кое-где виднелись пожухлые стебли рогоза с насаженными на полуоблетевшие наконечники снежными комьями.
– Убийство белой собаки означает переход на темную сторону, – тихо сказала Варвара и зябко поежилась.
– Ерунда какая-то... – остолбенел Столетов. – Ты серьезно?
– За что купила, за то и продаю, – не стала разубеждать Варвара. – Так-то рассудить, чего только в мире не случается! И многие вещи потому и остаются необъяснимыми, что имеют под собой мистическую составляющую.
Егор слушал ее недоверчиво, с долей иронии, но все же слушал. И в этот момент Варя была ему безмерно благодарна, потому что уже готова была признать весь идиотизм этой ситуации, если бы, разумеется, не кости, и не черные свечи. Которых, правда, она еще не видела.
– Варь, – после минутной паузы сказал Столетов, – ты что, у себя в газете рубрику «Секретные материалы» ведешь?
– Да ну тебя! – отмахнулась Варвара. – Я ведь серьезно!
– Я тоже. Смотри, нам еще через лес пилить, вот оно тебе надо?
Она шмыгнула носом и кивнула:
– Мне надо. Я как-то ожила с этим делом, что ли...
– Ожила? Это хорошо, – коротко кивнул Столетов и тепло улыбнулся. – Бедовая ты...
– Ага. И не из трусливых... вроде...
– Я заметил. Ну что, тогда вперед, агент Скалли? – в глазах Столетова вновь зажглись смешливые огоньки. Он стащил шапку и провел по волосам растопыренной пятерней. На безымянном пальце тускло сверкнуло обручальное кольцо.
– Ну да, пойдем... – грустно улыбнулась Варя.
Егор шел впереди и прокладывал лыжню. Затылком чувствовал, что Варваре этот путь дается нелегко. Но она не ныла, лишь изредка ойкала, когда палка проваливалась слишком глубоко, и ее в очередной раз заносило. Упорство, с каким журналистка двигалась к своей цели, конечно, заслуживало уважения. А вот цель вызывала массу сомнений.
«Что за идиотское поверье? – думал Столетов. – Не припомню, чтобы кто-то говорил про черные мессы. Нет, легенда, конечно, существовала, но ведь 21 век на дворе, какие колдуны и монахи? Белая собака... Вон у него черная в доме, битая и голодная, тоже, что ли, жертва обряда? Каждого пса с побоями теперь к колдовским занятиям приписывать? Бред... Людей-извергов всегда хватало на земле...»
Их окружал величественный лес, напоминавший белоснежный чертог. И каждый раз, стоило ему здесь оказаться, вид его вызывал у Егора восхищение. Говорить об этом с Варварой было бы странно – не за тем она сюда пришла. И все же, оборачиваясь, он видел, что и она крутит головой, и глаза ее, расширенные донельзя, полны удивления и детского восторга.
– В глубь не пойдем, вот тут чуть наискосок, – вскинул он палку, указывая на зазор между деревьями.
– Ага, – еле слышно вымолвила Варвара и даже попыталась выдавить из непослушных губ улыбку.
«Устала... Взгляд осоловел, – осознал Егор и сжал зубы. – Вот ведь, дурак, повелся на эти россказни! И ее не отговорил».