Мальчик взобрался на лошадь позади Эллен, и всадники тронулись в путь. Кэвин с сомнением посмотрел на лежащего поперек коня Ричарда. Он истекал кровью. Кэвин чувствовал это по намокшей попоне.
Как и говорила миссис Спэйт, ферма ее двоюродной сестры оказалась ровно в часе езды. Кэвин въехал на грязный двор. Шарахнулись по сторонам куры с цыплятами, загоготали гуси.
– Ричард, как ты? Держишься? – спросил Кэвин, слезая с коня.
– Вакстон, я мог бы и сам скакать, – ответил Ричард раздраженно. Кэвин еще раз удивился его мужеству и стойкости. – Ладно, полежи пока. Сейчас пойдем отдыхать.
Эллен остановилась рядом. Роб соскочил с лошади и, шлепая по лужам, побежал в дом. Через минуту он вернулся с немолодой уже, очень бедно одетой женщиной. Подойдя к всадникам, она низко поклонилась.
– Добро пожаловать, милорд и миледи. Меня зовут Гельда.
Кэвин вежливо кивнул крестьянке.
– Полагаю, мальчик рассказал вам, что мы нуждаемся в ночлеге. Не найдется ли у вас место, где бы мы могли отдохнуть?
– Сказал, сказал, – закивала женщина. – Конечно, заходите. Домишко у меня плохонький, но крыша не течет, слава Богу. Только вот белья у меня нет, так что спать придется на соломе. Уж извините, – она развела руками.
Кэвин помог Эллен сойти с лошади.
– Нет-нет, мы не будем спать в доме. Нам вполне подойдет и сарай, – Эллен повернулась к крестьянке.
– Да Господь с вами, миледи! – воскликнула та. – Неужто я положу милорда и миледи в сарай? Что вы. Не волнуйтесь, заходите в дом, а я с моими ребятишками отправлюсь в сарай. Мы привычные.
– Мы тоже, – усмехнулся Кэвин. – Спасибо вам за гостеприимство, но в сарае будем спать мы, – твердо сказал он.
Гельда с удивлением посмотрела на Кэвина, но, ничего не сказав, только кивнула.
– Роб, – обратилась она к мальчику, – пойдем со мной. Принесешь одеяла и кое-что поесть.
Эллен растерянно смотрела на Кэвина. Она видела, что Ричард умирает, и не знала, что ей делать. Эллен догадывалась, что в подобной ситуации нужно вести себя как-то особенно, но как?
– Этот джентльмен… болен, – сказала Эллен крестьянке. – Нам нужны лекарства.
Кэвин посмотрел на Гельду и спросил:
– У вас случайно не найдется бутылочки вина?
– Найдется, почему же нет. Но только свое, я сама делаю вино.
– Тогда принесите немного, прошу вас, – Эллен положила ладонь на руку женщины. – И спасибо вам за ваше гостеприимство.
Гельда улыбнулась и посмотрела на Роба.
– Чего ты тут стоишь? – воскликнула она. – Чем ковырять в носу, позаботься лучше о лошадях. Отведи их в стойла и расседлай! Насыпь им овса, напои! А потом принеси свежей соломы для господ. Давай двигайся!
– Хорошо, тетушка Гельда. – Роб схватил поводья и повел лошадей на конюшню.
Не прошло и десяти минут, как все приготовления были закончены. Роб отправился спать в дом, а Кэвин, Эллен и Ричард расположились в сарае.
– Еще глоток вина? – спросил Кэвин у Ричарда.
– Давай, – прошептал тот, не открывая глаз. – Вино, конечно, не французское, но очень неплохое. Пойдет, – он попытался улыбнуться, но не смог этого сделать. Кэвин и Эллен видели, что силы покидают Ричарда. Он умирал. Эллен наклонилась над ним и вытерла с уголков его губ капельки крови.
– Эллен, – позвал Ричард.
– Я здесь, дорогой, – ответила она. – Что тебе подать?
Ричард закашлялся. Когда кашель прекратился, он снова заговорил.
– Ничего, – ответил он. – Мне просто захотелось услышать твой голос. Слушай меня, Эллен. Я умираю… Дышать становится все труднее… Ты слышишь меня?
– Не говори так, милый, – зашептала Эллен. Она приподняла его голову и, положив к себе на колени, погладила слипшиеся волосы Ричарда. Руки его нашли ее ладонь. Эллен почувствовала, как холодны руки Ричарда. Он дрожал. Его бил озноб. – Утром тебе станет лучше. Я верю, ты поправишься.
– Вакстон, – слабо позвал он. Кэвин положил руку на плечо Ричарда. – Достань его… он у меня за поясом. – Ричард замолчал. С каждой минутой говорить ему становилось все труднее.
Кэвин, приподняв одеяло, достал лежащий за поясом миниатюрный портрет Эллен.
– Какой прекрасный портрет, – прошептал он.
– Оригинал еще прекрасней, – Ричард тихонько сжал руку Эллен. – Бери миниатюру себе, мне она больше не понадобится, – он слабо улыбнулся. – Тебе достается все, запомни, Кэвин. Люби Эллен такой, какая она есть, и не давай никому убедить себя в обратном, – он слабо выдохнул. – Даже ей.
Кэвин посмотрел на Эллен. Его смутили непонятные слова Ричарда. Он не понял их смысла и подумал, что это предсмертный бред.
– Лучшего подарка я от тебя и не мог ожидать, Чэмбри, – произнес Кэвин, пряча миниатюру в плащ. – Если не считать, конечно, самой Эллен.
– Будь ей заботливым мужем и не обращай внимания на ее капризы.
– Хорошо, Ричард, – серьезно ответил Кэвин. – Не беспокойся о ней.
Слезы струились по щекам Эллен. В тусклом свете лампы она смотрела на бледное лицо Ричарда. Он вздохнул. Эллен смотрела на его грудь – она оставалась неподвижной. Сжав его руку, Эллен воскликнула:
