А Жуков – это герой, сути которого народ не понял, не узнал! Герой, более всего прославляемый, но скомпрометировавший себя так, что хуже и не бывает. И не только тем, что людей людьми не считал, а лишь материалом для решения своих задач. Он и на большие подлости сгодился.
Не буду пока об этом. Заведусь ведь сразу. Потом только о том и стану думать, не остановлюсь. Знаю себя! А сердечко уже, нет-нет, да прокалывает характерной болью. Нельзя мне хоть в дороге заводиться.
Война, конечно, время тяжелейшее, время горестное, совершенно особое. Она и в людях нуждается особых, очень своеобразных. Война их сама и выбирает из толщи народа. И особенно тяжело ей приходится при подборе полководцев, по сути, повелителей миллионов судеб.
Те самые полководцы, возвышенные своим служебным положением над кровавой бойней, обязаны обладать особыми качествами, чтобы выполнять свои обязанности. В первую очередь, они должны понимать, что в их руках судьба родины и народа. Они должны быть находчивы, хитры, решительны, изобретательны, храбры. Они должны иметь стальные нервы. Не должны трястись от ответственности за свои ошибки и за свои поражения. Их не должно волновать мнение о них других людей, они должны идти напролом к поставленной цели, не глядя ни на что, и ни на кого!
Чрезвычайное самолюбие, тщеславие и высокомерие – это, к сожалению, тоже о них! Такой гадости в них – с избытком! Это их внутренний двигатель! Но должны иметь и стальную волю, непреклонный характер, несгибаемость и настойчивость. Они всегда злобны, грубы и хамоваты!
Вам за этим еще образ Жукова не видится? Он ведь таким и являлся, не так ли? Если так и думаете, то я с вами согласен.
Слышал я, слышал и такие слова. Мол, большие полководцы – люди особенные. Нам не чета! Они, как правило, очень грубы, резки, с завышенным самомнением и прочими чертами, которые позволяют их считать невоспитанными эгоистичными чудовищами. Это действительно так! Они такие! Но не обязательно же они – негодяи!
К тому же, если они вдруг сделаются ласковыми, добрыми и нежными, то ни за что не смогут быть настоящими полководцами! Другими они станут людьми. Уже неспособными к своему кровавому делу! Если они о каждом будут заботиться, да одеяльца на ночь поправлять, то не смогут с твёрдостью свои армии на смерть посылать. А без этого ни одна война не обходится!
Я и с этим, в общем-то, согласен. Но совесть-то терять нельзя! Совесть – это же основа человечности человека! Понимание того, что он не пуп Земли! Выветрится совесть, и останется лишь лютый ненасытный зверь, бессмысленно губящий себе подобных! Как и произошло с Жуковым! Это ещё, если совесть у него была. В чём я сомневаюсь!
Нельзя же предавать свой народ ради себя самого! Именно совесть и должна быть тормозом, если вдруг потянуло на подлость!
Верно говорят, что перечисленные качества, весьма специфические, способны превратить героя в злого гения, для которого живых людей вроде и не остаётся, а лишь одна, так называемая, живая сила! И такой человек будет легко жертвовать людьми! Всё зальёт кровью без раскаяния. Будет бросать народ на смерть, как шахматные фигурки, не переживая! Для него, великого, то будет всего-то игра! Разве не так было под Москвой? Никакого мастерства, никакого замысла – одно лишь просил Жуков для обороны Москвы. Дайте мне ещё хотя бы три армии! Их ему и дали – сибиряков!
А три армии – это триста тысяч жизней!
Скажут мне, они – герои, закрывшие своими телами страну! Если бы не они!
И это так! Они герои! Но Жуков не герой! И никакой он ни полководец! Он до конца войны, почитайте сами его мемуары, так и не понял, что врага надо уничтожать, а не «вытеснять!» Это его термин! Он везде и сам признавал, что везде врага вытеснял! А враг, не будучи дурным, отходил, набирался сил и опять возвращался за нашей кровью! Тоже мне – полководец! Напыщенный дилетант! Все сражения превращал в кровавый пинг-понг!
Он даже на завершающем этапе войны продолжал вытеснять! Иначе не погнал бы в лоб миллион солдат на сильно укреплённые Зееловские высоты! Раз в лоб – значит, потери, любому заранее понятно, окажутся самыми тяжелыми и большими. Этого и добивался, наш герой? Чем больше потери, тем больше слава! «Разумеется, – скажет всякий, – ведь такое превозмог! Столько погибших!»
Говорят, будто война сама дозволяет полководцам абсолютно всё, ведь заранее-то считалось, будто они для своего народа совсем не злые гении, а добрые. Считалось, будто любые их действия идут народу на пользу уже потому, что они занимают столь высокие посты, имеют столь большие звёзды на разукрашенных золотом погонах! Им всё прощалось! Им запросто всё сходило с рук. Любые ошибки, любые злодеяния прощались под предлогом, будто иначе и быть не могло! А уж об их вине и разговора быть не могло! Считалось, будто это кому-то и что-то нельзя, но им, им, великим, – можно всё!
