— Вот видишь, у человека, судя по всему, проблем не меньше, чем у тебя, а точнее, такие же, однако она находит в себе силы посмеяться, а не психует, как ты, без поводов…
— Ну конечно! Я псих! А поводов у меня — ноль!
— Ладно, что случилось-то?
— Никак не можем распутать дело. Остались буквально считанные секунды. Все либо разъезжаются, кто куда, либо умирают…
— Денис, — перебил его Грязнов-старший. — Ты, пожалуйста, мыслью по древу не растекайся. Ты приехал за помощью, так говори, чем конкретно я могу тебе помочь.
— Нам нужно выяснить, кто такой Колмаченко.
— А кто такой Колмаченко?
— Это тот, кто заказал китайцу Ладу!
Вячеслав Иванович даже слегка побледнел. Такого Денис давно не видел. Пару секунд он молчал, затем поднялся и вышел из кабинета.
— Куда это он? — удивилась Лада.
— За Колмаченко, надеюсь. Сейчас в свой кабинет за ручку приведет, — съязвил Денис.
Через три минуты Грязнов-старший вернулся и сразу сказал:
— Ладочка, вы так прекрасно выглядите!
— Большое спасибо, хотя мы уже виделись, — засмеялась Лада. — Но вы тоже в отличной форме.
Денис слушал их обмен любезностями и думал: «Может, влюбился на старости лет? Действительно, давно я его таким не видел».
Наконец появился молодой человек с папкой.
— Ну что? — спросил дядя.
— Константин Колмаченко, 1958 года рождения. Образование среднее специальное — повар. Судим не был. Официально он — директор ресторана «Желтый дракон». Но, однако, известно, что связан с криминальным авторитетом Сергеем Молчановым по кличке Маркиз, лидером мытищинской преступной группировки. По крайней мере, Молчанов в «Желтом драконе» регулярно ужинает.
— Это все? — строго спросил начальник МУРа. — Свободны.
Молодой человек с папочкой откланялся.
— Что скажете, молодежь? — поинтересовался Вячеслав Иванович. Он-то как раз кое-что знал о мытищинской группировке, но озвучивать свои знания пока что не торопился.
— Мытищинской! — присвистнул Денис. — Мытищинской, блин!!! Так ведь и Бакатин, и Груздь, и Мишин — все родом из Мытищ. Может, двое последних как раз Ладу и заказали.
— Это еще ничего не значит и не доказывает, — возразил Вячеслав Иванович.
— Может, и так, но связь не случайна!
— «Желтый дракон», это, вероятно, какая-то восточная кухня? — спросила Лада.
— Вот откуда взялся этот китаец, — подсказал Денис.
— Ну что, довольна твоя душенька? — спросил Грязнов-старший.
— Да.
— Но все равно ничего не ясно, — возразила Лада.
— В одном я уже уверен, — сказал Денис. — Этот Колмаченко — мелкая сошка. Ну зачем ему тебя заказывать, Лада? Чушь. Ясно же как день, что он не заказчик и инициатор, а просто посредник.
— Ну и как же ты можешь быть в этом уверен?
— Не знаю еще, но уверен. Давай поедем, возьмем его за жабры и все выясним, сама убедишься, что я прав.
— Стоп, стоп, стоп. Подождите, — вмешался Грязнов-старший. — Я, конечно, все понимаю. Но не собираешься же ты беседовать с бандитом за жизнь. Или собираешься?
Денис пожал плечами.
— Я себе это так представляю, — издевался дядя. — «Желтый дракон» — это какой-нибудь симпатичный ресторанчик. Крыша-пагода, красные бумажные фонарики у входа. Заказывает, значит, Денис в «Желтом драконе» что-нибудь типа мозгов обезьяны, или змеиный суп, или собаку по-корейски, в конце концов. Потом, ссылаясь на несвежесть блюда, требует директора ресторана. Колмаченко суетливо подбегает к привередливому заказчику, а заказчик ему: «Здравствуй, Костян. Присаживайся. Меня Денис зовут. Но ты меня не знаешь. Меня вообще пока мало кто знает. Но это зря! Потому что я — твоя совесть! Ты пошто, Костян, убийство живого человека заказал, а? Не стыдно тебе?» Ну, Костян конечно же в слезы: «Каюсь, каюсь, мил человек Денис. Но ведь не я один в этом участвовал. Я, можно сказать, и ни при чем здесь вовсе. А вот есть один…»
— Все, хватит, — остановил его Денис.
Лада весело посмеивалась.
— Тогда не знаю, как еще ты собирался, — пожал плечами Грязнов-старший.
— Давай его арестуем на фиг, — немного помолчав, предложил Денис. — Наверняка в Генпрокуратуре могут помочь.
— Люблю твою скромность! — ответил дядя.
Но тут в игру вступила Лада, ей уж Грязнов-старший отказать никак не мог.
— Вы оба правы, — сказала она. — Действительно, не разговаривать же Денису с этим Колмаченко по душам. А больше вариантов никаких и нет. Выходит, проиграли мы это дело. Честно признаться, я себе этого никогда не прощу. И Кэт мне не простит, разочаруется во мне. Однако она будет знать, что я приложила все усилия, какие только могла, использовала все шансы. Сейчас наш последний шанс — это вы. Помогите нам, пожалуйста.
— Разве я могу отказать такой женщине! Да кем я тогда буду? Поезжайте с моими оперативниками и привозите этого Колмаченко сюда. Будем его пытать тихо, по-домашнему. Пошли, — он встал из-за стола.
Когда они выходили из дядюшкиного кабинета, Грязнов-старший тихо шепнул на ухо Денису:
— Только ради нее и действительно в последний раз.
В «Желтом драконе» за соседним от Дениса и Лады столиком сидела компания, внешний вид и манеры которой не вызывали никаких сомнений — типичные «братки». Видно, заведение было еще то.
