Готы сами не работали, они действовали только мечом, были заправителями, витязями. Их нападение и хозяйничанье в Дакии, Молдо-Валахии, Мизии, Фракии, Македонии, в Малой Азии и на юге России до III ст. ясно доказывают, насколько этот народ был кровожаден, воинствен, как он смотрел на соседей, как с ними обращался. Впрочем, винить его не за что, так как подобный только характер и может выработаться на чужой земле, среди чужих. В 332 г. по Р.X. готы под названием остготов сидели только между Днестром и Доном, а вестготы — в Дакии. В этом году вступает на престол старец Эрманарик. Его ум, военные дарования доставили ему очень скоро такое могущество, каким готы до того не пользовались. Он двинулся, вероятно, по Днестру, Висле и Днепру вверх и дошел до Немана и Двины. Древний аландский Асгард с верховьями Волги и Оки, до Дона — все это пространство вошло в состав его государства. Он подчинил себе, как говорит Иорнанд, скифов и чудь. К первым причисляются венды, словены и анты, ко вторым — чудь, ливы, эсты, весь и меря, также мордва[267]. Финны, всегда подвластные тем или другим соседям, народ, очень разбросанный по лесам, болотам и непроходимым местам, должно быть, не особенно тяготились своею зависимостью от новых господ. Народ этот воистину был и есть блаженнейший; при первобытной простоте и крепком закале в борьбе с природою зависимость от человека, от которого можно откупиться данью, повиновением и смирением, не могли быть тяжелы для финнов, и они беспрекословно покорились. Вовсе не таково было положение славян, всегда умевших ценить свою национальную свободу, хотя бы под угрозою бежать без оглядки, бросая все, лишь бы вздохнула свободно душа. А между тем на них-то, на этих торговцев Балтики, на этих терпеливых и прилежных хлебопашцев, кормильцев индоевропейского племени, обрушилась вся тяжесть готского варварства, необузданной военщины, своего рода юнкерства, с претензиями на христианство, цивилизацию, государственность, правду и справедливость. Такой же политики держался и всемогущий старец Эрманарик, царствовавший 18 лет и твердою рукою утверждавший свою власть среди покоренных им народов. По Иорнан-ду, славяне, подвластные Эрманарику, занимали в эту эпоху всю Галицию, Польшу, до Балтики, юго-восток Лифляндии, Северо— и Западнорусский край, спускаясь по Днестру и Бугу до Черного моря. У этого моря, по его же показанию, наши славяне назывались антами. Севернее их, там, где теперь Украйна и Белоруссия, жили настоящие славяне, которых села, деревни и хутора тянулись до Днепра и далее к востоку до встречи с финнами и угро-тюрками. У З. Двины, по морю, от Вислы, Немана и до Нарева жили венды, или венеды. Итак, в IV столетии по Р.X. славяне занимают те же места, как в VII по Константину Багрянородному, как в IX по Нестору, как в I при апостоле Андрее Первозванном.
Его учение не прошло бесследно; пещеры украинские и далее к востоку по Дону и притокам — эти древние норы, скиты первобытного человека, дали приют христианству, первым церквам с их отшельниками, тогда как кругом везде продолжалось еще служение Перуну, Хорсу, Радогощу и другим языческим божествам[268]. Утверждаясь все более и более, христианство нашло ревностных последователей в соседях и врагах греков, в готах и аланах, между которыми один прославился как знаменитый проповедник, уважаемый поныне всеми немцами: это был Ульфила. Его стараниями между готами утвердилось христианство, но не по православному, а по арианскому учению. Впоследствии, подвигаясь с готами до крайнего запада Европы, арианство укоренилось в Испании. Испанское арианство, между прочим, имело влияние на уклонение пап от чистоты православия.
Приняв христианство, готы насильственно навязывали его покоренным народам, и в особенности славянам; это было одною из причин гибели Готского царства. Славянин очень терпелив, перенослив. Он собирает по каплям невзгоды в своем народном сосуде. Но под конец сосуд переполняется, и тогда изливающееся народное негодование затопляет все окружающее, уничтожает беспощадно все враждебное, и этот страшный поток прекращается тогда, когда народная жизнь восстановится в своей норме. Так было у славян при Аттиле, у русских в XIV и XV ст. при монголах, в Смутное время и при Александре I. Таково было и будет славянство всегда.
