Рассказывают, что пятый властитель готов, следовательно, в начале IV ст. по Р.Х., начал изгонять из покоренной страны каких-то колдунов[269], которые удалились в степи и там, вступив в сношения со злыми духами, нагнали будто бы на готов все последующие невзгоды. Как известно, готы не церемонились с покоренными народами: они требовали от них полного подчинения, вероятно, не довольствовались обыкновенными данями, а выжимали сок, обращались с человеком как с рабом, которого убивали, травили, продавали. Тех из князей и бояр, которые сопротивлялись, казнили, выгоняли, мучили, а их жен бесцеремонно брали себе. Таким образом многие славянские роды остались тогда без князей, сохранив, впрочем, веру, которая поддерживалась волхвами. Мы полагаем, что эти изгнанные колдуны, кудесники, волхвы и были не кто иные, как славянские жрецы, удалившиеся на восток, за Дон, в степи, где на берегах р. Уды, Донца, Дона и Оки они встречали удов, уннов, гуннов, появившихся на границах Готского царства во второй половине IV ст. Духовному притеснению вторило жестокое обращение с подвластными, которые наконец и вышли из терпения. Иорнанд рассказывает, будто Эрманарик был побежден гуннами, потому что ему изменили роксаланы, или рокасы. Они действительно первые нанесли ему удар. Обстоятельство это свидетельствует о том, что роксаланы не были одной крови с готами, противное чему утверждают западные писатели, ибо в таком разе им нечего было бы восставать против единоплеменников. Роксалане, как мы уже знаем, были руссы, славянская военщина, граничары, которые, скорее всего, и могли начать освобождение от чужеземного ига.
Ближайшим поводом к возмущению роксалан, недовольных вмешательством готов в их религиозную жизнь, было следующее обстоятельство: Эрманарик, недовольный роксаланским князем Санелом, выместил свою злобу на последнего на его жене; он приказал привязать несчастную к хвостам диких лошадей, и она была разорвана[270]. Легенда эта была очень распространена в VII столетии в немецкой истории, прославлена в поэмах и даже распевалась певцами. Последствием такого поступка Эрманарика было то, что братья Санелы, Аммий и Сар, воспользовались удобным случаем, ранили Эрманарика в бок, от каковой раны он начал хворать и, подобно Карлу XII под Полтавою, лишен был возможности управлять своим царством по-прежнему. Гордость, честолюбие и невозможность отмстить за унижение заставили его лишить себя жизни после первой неудачной встречи с гунно-славянами под предводительством Ба-ламира, или Валомира, т. е. Владимира.
Итак, вещуны, колдуны, изгнанные готами в степи, связались со злыми духами, т. е. с гуннами, и погнали их, в отместку за свое изгнание, на врагов. Подобное фантастическое сказание в основе своей кроет целую историю мщения за преследование веры и убеждений славянского народа.
Можно полагать, что жрецы, как передовой, наиболее смышленый класс, первые стали подготовлять роксалан к восстанию. Видя в христианстве враждебную силу, которая разом может лишить их почетного и выгодного положения между соплеменниками, и сознавая, что славянам собственными силами не справиться с готами, они и обратились за помощью к степным жителям востока, где, кроме того, жило немало славянских изгнанников. Убегать от тесноты — явление весьма обычное в славянстве. Так, в России в период царей от Юрьева дня, от никоновских новшеств и реформ Петра народ бежал на окраины. Сопоставляя как эти факты, так и способ ведения войны скифов против Дария с тактикою русских в войне со шведами и Наполеоном, нельзя не прийти к заключению, что все это характеризует один и тот же народ, с незапамятных времен живущий на равнине Восточной Европы.
В это время за Среднею Окою, на Волге и за Доном властвовала Кипчакская орда, которой номинально были подвластны народы между Доном и Волгою. Сюда же входили аланы-азы, уже ослабленные движением славян с запада на восток. Эти южноалаунские аланы тесно примкнули к своим соотечественникам-готам. Тогда то и началось стискивание роксалан с одной стороны готами, с другой аланами, так как последние, не имея выхода на север, двигались к западу, где находили приют среди готов, а этим, в свою очередь, было необходимо для соединения с аланами занять степное пространство между Доном и Волгою, где сидели воинственные рокасы. Отсюда и истекают все вышеизложенные притеснения роксалан готами, послужившие началом падения Готского царства. Всесильный Эрманарик ранен; он стар, слабеет; но славяне все еще боятся его, неповоротливы, разрозненны; у них нет предводителей; многие изгнаны, сотни лучших людей погибли мученической смертью. Зато работают их жрецы за всех, представляя соседям-гуннам возможность легкой победы над готами и аланами и обольстительную для гордых дикарей перспективу стать во главе славян и, освободив эту массу от ига, идти дальше и приобрести богатые степные пространства, невиданные кочевки. Вот побудительная причина движения гунн на запад.
