— От такого слышу! — немедленно ответствовала я, едва ворочая языком.
— Что ты делаешь в этом секторе? Ведьму она из себя корчит!
Псих-одиночка! Сперва принудил меня идти к Валу, а теперь еще попрекает!
— Ты мне свою энергию перегоняла, дурочка! Ты же ведьма, должна из сектора тянуть! Тебе загнуться, что ли захотелось?
Нет, он меня достал! Не объяснил ничего толком, орал всю дорогу свои дурацкие песни, а теперь я еще и виновата. В следующий раз пускай его лучше сожрут всякие желтушные облака или вампиры. Спокойней будет!
Мне очень хотелось долго шуметь, но язык по-прежнему ворочался плохо, и я решила отомстить по-другому. Я примерилась, сделала внезапный выпад и довольно лихо повисла у него на шее.
— Я же сказал, что ты дурочка, — повторил он, вновь беря меня на руки и поднося поближе к камину. — Я тебя предупреждал, что я не человек. Зря ты ко мне липнешь!
И ничего подобного! И не зря. Все равно меня долго носили на руках, обнимали-целовали и всячески утешали. А насчет всего прочего, так не все сразу. Нелюдей надо воспитывать постепенно.
Давно мне не было так спокойно, как посреди дурацкого мира, в дурацкой башне, рядом с дурацкого вида глюком. А вид у него и в самом деле был предурацкий! Да-а…
Но, в конце концов, он таки бросил меня на диван, а сам полез в кучу сваленных на столе предметов и извлек оттуда самый обычный стеклянный шарик, причем изрядно поцарапанный.
— Вот зачем мы сюда шли. По этому индикатору накопитель я, враз найду! Смотритель его всегда неподалеку от таких мест держит. Это чтобы естественная энергия колдовства затмевала аномальное излучение накопителя.
Я с уважением посмотрела на стеклянный шарик. Джинн надежно упрятал его в маленький мешочек и подвесил к поясу.
Перед уходом глюк заставил меня трижды постучать кулаком по воротам и приказать им оставаться открытыми. Ворота подозрительно скрипнули, но послушались. Я сразу себя зауважала. Приятно сознавать, что хоть кто-то тебя слушается.
Обратно мы шли пешком. Скелеты наших лошадей валялись неподалеку от башни. Меня несколько смущала мысль о расплате с хозяином животных, но я постаралась ее отогнать.
Петь Джинн больше не мог, зато он время от времени останавливался и исполнял короткую чечетку, злобно топча каблуками подозрительные комочки земли. Я должна была завершать дело энергичным пинком в воздухе. Примерно на четвертый раз я крепко ударилась о незримую преграду, и несколько шагов пришлось проскакать на одной ноге. Глюк сказал, что я была недостаточно строга с порождением тьмы, поэтому оно убралось не сразу. В дальнейшем я попыталась сперва изображать на лице гримасу свирепости, а потом пинать. Помогло.
Подойдя ближе к одному из первых конских скелетов, я вспомнила о неудержимом желании его осмотреть и в этот раз решила подчиниться. Под черепом оказался мешочек с золотыми монетами, и вопрос о расчете с хозяином конюшни отпал сам собой. Джинн одобрил мое кладоискательство и посоветовал пошарить еще и в железной бочке. В бочку я лезть отказалась, так как из нее несся громогласный храп.
В город мы вернулись поздно, я успела изрядно сбить ноги, но глюк сразу же погнал меня к хозяину ресторанчика выкупать наш автомобиль. Чушки встретил нас недовольной рожей. Ему не хотелось возвращать вещь, которая, казалось, уже принадлежала ему. Выслушав длинные разговоры о хорошей цене и нашей неразумности, я потеряла терпение. Добросовестно скорчив свирепую рожу, я высказалась насчет мерзких порождений тьмы. Челюсть у Чушки отвисла, глаза полезли на лоб, и мы быстренько получили ключ.
Гараж оказался за ресторанчиком неподалеку от поросших гигантскими сорняками развалин многоэтажки. Мы только вышли из дверей, как услышали за спиной зычный рев: «Зеленг!» Здоровенный детина, ростом повыше Джинна, нехотя оторвался от мотоцикла и, на ходу вытирая руки, отправился на зов хозяина. Мы прибавили шаг, почти побежали. Джинн торопливо отстегнул от пояса мешочек с шариком, перебросил мне и жестом велел упрятать поглубже. Я так и сделала. Возле гаража он вытащил из-под плаща автомат и тоже отдал мне, а сам принялся возиться с замком. Во-первых, ключ плохо входил, во-вторых, онеле проворачивался, в-третьих, у Джинна просто дрожали руки. Но все-таки замок был открыт.
— Стой здесь! — глюк скрылся за дверью, и я услышала, как он дергает дверцу машины. Мотор заработал, но тут же заглох. Наступила тишина, и в этой тишине я отчетливо услышала треск мотоциклов.
— Джинн!
Мотор заработал вновь, машина выползла из гаража и остановилась. Из нее выскочил очень озабоченный Джинн и, не закрыв дверцу, кинулся проверять бензобак. От ресторанчика разворачивались в нашу сторону двое мотоциклистов. Едва взглянув в бензобак, Джинн резко обернулся, схватил меня за руку и бросился к развалинам. На бегу я выронила автомат, и глюку пришлось вернуться, чтобы подобрать его. Мотоциклы тарахтели совсем рядом. Глюк изо всех сил оттолкнул меня, а сам нажал на курок. Автомат рявкнул и замолк.
