Девчонки бесились — прыгали и плясали под популярную песню. Что и понятно, давно не встречались, не сплетничали — было что друг дружке рассказать!
Женькина подружка Юля Сидорова вместе с братом Игорьком и родителями жила довольно далеко от центра, на первом этаже в небольшой трехкомнатной квартире. Обычная квартира, как у всех, — домотканые половички, скромные ковровые дорожки, в прихожей, на стене — выжженный на деревянной дощечке портрет Есенина с трубкой, в большой комнате — Хемингуэй с бородой! На книжных полках — Маяковский, Пушкин и толстые серо-голубые томики «Нового мира»… Телевизор «Огонек», вполне себе стильный и недешевый…
— Уфф! — выдохнув, Юлька выключила магнитофон и уселась на диван, вытянув длинные ноги. — С утра до вечера билеты учу! Экзамены эти… — одернув короткое домашнее платьице, пожаловалась она.
— Понимаю, — кивнула Женечка. — У меня тоже сессия скоро… Ой! Бандероль же! В багажнике, в мотороллере… Сейчас сбегаю… Посмотрим, что там Тынис прислал?
— Ага! — хлопнула в ладоши Юлька. — Вы как, кстати, с ним? Только целуетесь или уже… что-то большее?
— Ну-у… кое-что было… — махнув пушистыми ресницами, покраснела Женька.
— Здорово! — азартно встрепенулась подружка. — Расскажешь, пока Игорек не пришел?
— Ну-у… Ой… надо же бандероль забрать!
Тынис прислал пару маленьких пластинок — синглов — и еще одну книжку — брошюру по средневековому праву.
Брошюре Женька обрадовалась. Впрочем, и пластинкам тоже.
— Гляди-ка, «Битлз»! Фирменная! — хлопнув ресницами, Юлька побежала в большую комнату — за переходником для записи.
— Йеллоу сабмарин, — причитала Женя. — Эту я, кажется, слышала… Элеонор Ригби… эту не знаю… И вот тут — «Роллинг Стоунз»… «Руби тьюздей»… Юль! Ты же английский учишь? Переведи.
— «Рубиновый вторник», кажется… Ну что? Будем переписывать? А пока — чаю с зефиром!
— Так зефира-то пока…
Посланный в магазин за зефиром Игорек должен был вернуться с минуты на минуту…
— Так мы пока с пирогами! Вкусные, с капустой. Мы с мамой вчера напекли.
Вообще-то, подружки запросто могли обойтись и без зефира… Просто специально выпроводили Игорька — чтоб не развешивал уши. У девушек ведь и свои секреты есть!
— Ну! Как у вас с Тынисом было-то? — у Юльки заблестели глаза.
— Ой… Совсем забыла… — вполне к месту вспомнила вдруг Женечка. — Хотела у тебя кое-что спросить. Молодежь ведь за городом собирается?
— Ну, да. Песни, гитара… Вино иногда… поцелуи… — Юля мечтательно прикрыла веки. — Если хочешь пойти, то пока без меня. Родители не пустят — экзамены… О! Слушай, Жень, ты Ритку Ковалькову знаешь? Ей лет семнадцать, кажется…
Женя задумчиво прикрыла глаза:
— Постой, постой… А! Это оторва-то?
— Да нормальная она девчонка! Мы вместе в клуб ходим, в танцевальный кружок. Румбу танцуем, летку-енку… ну и вальсы тоже.
— Здорово! Так что эта Ритка?
— Она у бабули живет… Ни одной компании не пропустит. И всех знает. Вот с ней ты и… Я вас познакомлю, прямо завтра же, ага?
— Договорились!
— Так как у вас с Тынисом?..
Пенкин приехал в Озерск на автобусе. Служебная прокурорская «Волга» — «ГАЗ-21» проходила очередной ремонт, так что уж пришлось. Впрочем, Сергей не был в обиде — что тут и ехать-то? На междугороднем автобусе — всего-то чуть больше часа.
В отделении следователя встретили приветливо — еще бы, старый знакомый, да и то самое резонансное дело вел… в составе недавно образованной следственной группы, старшим был назначен Алтуфьев.
Игнат Ревякин уступил следователю свой кабинет, совещание же назначили у начальника, подполковника милиции Ивана Дормидонтовича Верховцева. Фронтовик и очень уважаемый человек не только в Озерске, Иван Дормидонтович давно собирался на пенсию — давали о себе знать старые раны, — да вот только пока так и не собрался. Но по ведомственным санаториям ездил частенько — путевки-то бесплатные, от ВЦСПС.
Вести совещание предоставили Пенкину — собственно, и затеяли-то его ради этого дела: разбой, двойное убийство — не шуточки! Тем более сроки уже подгоняли, а сделано было — увы…
— Ну, товарищи, давайте так… — Сергей одернул синий вельветовый пиджак в мелкий рубчик и обвел внимательным взглядом собравшихся. Не так-то уж тут много народу и собралось — два опера, участковые да сам начальник. — Что у вас наработано, я знаю, потому спрошу — что нового? Начнем с мотоциклиста — установили еще что-нибудь?
— Мною допрошен шофер с фермы, — поднялся со стула Мезенцев…
— Да ты садись, садись, Максим, — не удержавшись, хмыкнул Сергей. — Нас тут немного, друг дружку видим хорошо… и слышим… Так что шофер?
Макс кратко изложил суть.
— Та-ак… Значит, темный мотоцикл, белый шлем, мотоциклетные очки-«консервы»… прокол характерный на шине… — уточняя, повторил следователь.
— Еще брезентовый плащ или куртка… И скорее всего, мотоциклист не местный, — добавил Пенкин.
— С чего так полагаете? — записав кое-что в блокнот, вскинул брови Сергей.
— Местные в шлемах не разъезжают. Ну разве что когда в город… — развел руками Максим.
