– Туда, где я высадил Анну. Ты не ответил на мой вопрос. Могла Клэр скрыться от собственного отца?
– Неужели вы думаете, что это он организовал ее преследование?
– Вот ты мне и скажи. Какие отношения сложились у Клэр с отцом? Они ладят между собой?
– По-моему, там все в полном порядке. Она живет с ним, а не с матерью, и, думаю, это само по себе многое говорит об их отношениях. Клэр не хотела уезжать в Канаду и расставаться со своими друзьями, которых у нее немало. Новый муж ее матери еще более странный тип, чем мистер Сэндерс, а потому она, вероятно, решила, что ей лучше остаться с отцом.
– А что странного в Берте Сэндерсе?
– Да ходят тут слухи.
– Какие слухи? – заинтересовался я.
– Не поручусь за точность. Просто болтают, что даже почтенный возраст не мешает мэру вести активную жизнь. Где уж ему найти время, чтобы еще успевать следить за Клэр?
– Ты говоришь о женщинах? У него много связей с разными дамами?
– Да. То есть сама Клэр рассказывает, какой он достойный и правильный человек, верно поступает в различных ситуациях, умеет отличать хорошее от плохого и тому подобное. Взять, например, его конфликт с полицией, в котором лично я, между прочим, полностью его поддерживаю. Но если дело доходит до амурных делишек, тут он не промах. Клэр от этого даже неловко. Анна как-то рассказала… Хотя мне, наверное, не следует особо распускать язык.
Я ждал.
– Представьте, однажды Клэр вернулась из школы посреди учебного дня. Кажется, плохо себя почувствовала. И застала дома отца в компании женщины. Они сидели прямо в гостиной, и ее голова находилась у него между ног. – Шон бросил на меня взгляд. – Вы же понимаете, что я имею в виду?
– Понимаю. Кем была та женщина?
– Черт, если бы я знал. Не могу даже сказать, узнала ли ее Клэр. Но она лишь взглянула на происходившее, на спущенные брюки папаши… – Он оборвал сам себя. – Извините, дурацкая шутка. Она увидела это, развернулась и убежала.
– Клэр боится отца?
Шон снова выразительно посмотрел на меня:
– А кто из нас не боится своих отцов? Да и матерей, кстати, тоже многие побаиваются.
На мгновение течение моих мыслей сбилось. Интересно, боялся ли Скотт меня? Или Донны? Мне оказалось трудно в это поверить. Мы считали себя хорошими родителями.
За исключением тех случаев, когда мы ими не были.
– Да, но есть один страх и есть совсем другой страх, – сказал я. – Ты можешь опасаться, что твои родители узнают о твоих поступках, которых не одобряют. И если так произойдет, последует наказание. Они могут запретить тебе какое-то время выходить по вечерам из дома, лишат водительских привилегий, пересадив на старый «сивик» вместо новенького пикапа. Так происходит со всеми детьми. Однако есть родители, способные зайти слишком далеко. Перейти черту дозволенного. Понимаешь, о чем я?
– Понимаю.
– Отец Клэр подобной черты не переступил?
– Вот теперь мне не совсем ясно, – признал Шон. – Вы имеете в виду, бил ли он ее или что-то в этом роде?
– Ты должен сам знать.
– Не думаю. Никогда не видел ее с синяками или ссадинами.
– А что по поводу насилия иного рода?
Шон скорчил гримасу, словно съел что-то гнилое. Потом решительно покачал головой:
– Не может быть. То есть я в это не верю. – Он сделал паузу. – Если на то пошло, отец слишком любит Клэр и заботится о ней. Такая забота часто только осложняет жизнь, скажу честно.
– Твои родители тоже слишком заботятся о тебе? – спросил я.
– Да, и мне порой хочется поменьше внимания с их стороны. Папа вечно следит за мной, бесится из-за Анны и всего прочего, а вот ее предкам почти нет дела до того, чем занимается дочь. Ей в этом смысле повезло.
Так вот, значит, в чем заключалось везение для молодежи. Им нужны были родители, которым все до лампочки. Но, насколько я припоминал, родителей Анны тоже все-таки что-то тревожило. Бизнес, который она затеяла с Шоном. По их мнению, это могло закончиться для нее крупными неприятностями.
– У тебя с Анной есть какие-то общие дела на стороне, – произнес я с утвердительной интонацией. – Вы на чем-то с ней зарабатываете.
У него даже дернулась голова. Я попал в яблочко.
– Что?
– На чем вы делаете деньги? – Я сразу же подумал о Скотте. – Что-то продаете? Уж не наркотики ли?
– Господи, нет, конечно!
– Но вы чем-то занимаетесь. Ее родители упомянули о ваших совместных делах.
– Это полная ерунда. Так, мелочовка. Мы… Послушайте, так поступают почти все.
– Поступают как?
– Выпивка, – ответил Шон. – Здесь это не считается чем-то необычным. К примеру, все знают, что тебе нальют в «Пэтчетсе», если только ты не выглядишь на двенадцать лет. Но далеко не всем охота там светиться. Иногда, знаете ли, хочется повеселиться дома или еще где-то.
– Когда родителей нет дома, разумеется.
Он лукаво посмотрел на меня:
– А как же иначе?
– Так в чем заключается ваша с Анной роль?
Шон глубоко вздохнул:
– Вижу, от вас никак не отвязаться, да?
– Что-то происходит, Шон. И это касается Клэр. Я пока не знаю сути, но если ты ответишь на вопросы, то очень мне поможешь. Я не хочу создавать тебе проблемы, мне просто нужно разыскать Клэр.
– Наши с Анной дела не имеют к Клэр никакого отношения.
