— Я! — Одновременно произнесли Левин и Сангрем.
— Хорошо. — Бор кивнул головой. — Как он себя ведет?
— С момента, как мы взяли его, без перемен. — Заговорил Левин. — Если не считать снижение им скорости.
— Наблюдаются какие-то подвижки на его корпусе: вращения пушек, световые сигналы и вообще, на вас он обращает какое-то внимание?
— Никаких признаков активности на его корпусе не наблюдается. — Продолжил говорить Левин. — Совершенно безмолвный корабль.
— Расстояние до него?
— Сорок километров, параллельный курс.
— Что ж, продолжайте сопровождение. Сейчас вы все получите код «Вояджера» и в случае каких-то перемен в поведении разведчика, немедленно сообщайте. Капитан Штрауб и капитан Левин.
— Да, гросс адмирал!
— Вам тоже надлежит принять участие в сопровождении. Немедленно стартуйте и займите позиции сверху и снизу от вестинианского разведчика. Выполняйте! Бор кивнул головой.
— Да, гросс адмирал!
Изображения всех капитанов исчезли. Бор посмотрел в сторону Громоздина.
— Анатолий.
— Да, гросс адмирал. — Громоздин повернулся лицом Бору.
— Передай капитанам наш код и поддерживай с ними постоянную связь. Это хорошо, что разведчик тормозит. Может быть он не будет садиться.
— На таком расстоянии от планеты его скорость должна быть на порядок ниже. — Заговорил Громоздин. — Атмосферные возмущения будут недопустимо велики. Если там есть экипаж, он не может этого не знать.
— Есть там экипаж или нет — мы не знаем. — Задумчиво произнес Бор. — А вот то, что он идет по заданной программе — это может быть реальным.
— Если он идет по программе, значит ее кто-то заранее составил. Продолжил мысль адмирала Громоздин. — Значит этот кто-то намеренно послал корабль именно сюда.
— Программа могла быть составлена так, чтобы корабль совершил посадку на первую же встретившуюся ему, пригодную для жизни экипажа, планету. — Вмешался в разговор Ито. — На Кентауре есть кислород, вода, есть все условия для органической жизни. Вот он и садится, согласно программе.
— Условия есть. — Заговорил Бор. — Но не совсем подходящие для вестов: кислорода мало, температуры много.
— Почему же? — Ито дернул плечами. — В полярных районах даже есть лед, да и кислорода почти тридцать процентов. Они же живут на Земле, при двадцати трех.
— Не живут они у нас, не живут. — Повысив голос, возразил ему Бор. — И здесь жить не будут. Возможно в нашей догадке и есть зерно истины, но каково оно?
— Может быть они в автоматическом режиме направили корабль домой, а сами легли в анабиоз? — Заговорил второй пилот. — Рассчитали время возврата, но автопилот ошибся и принял Кентауру за Весту.
— Тогда бы он разбудил экипаж. — Бор махнул рукой.
— А если системы управления дали сбой? — Нашел новый аргумент своей мысли пилот.
— Не могут системы управления дать сбой. Не могут. — Бор стукнул кулаком по пульту управления. — Это просто нереально, невозможно.
— Смотрите! — Словно выстрел, раздался громкий возглас Ито.
Все мгновенно повернули головы в его сторону: рука Ито, с оттопыренным указательным пальцем была направлена в сторону красной точки вестинианского разведчика.
— Что?
Громоздин дернул плечами, не увидев на экране вивв никаких изменений, если не считать, еще двух зеленых точек, движущихся в сторону красной.
— Вокруг красной точки появился ореол. — Произнес Ито. — Это отчетливо видно.
Все еще пристальнее всмотрелись в красную точку вестинианского разведчика и действительно, вокруг нее просматривалось тончайшее светлое кольцо. Бор перевел взгляд на изображение корабля передаваемое одним из «Звездных патрулей» — разведчик неподвижно висел на голограмме безо всяких ореолов. Бор повернул голову в сторону Громоздина.
— Что там произошло?
Капитан нажал несколько клавиш на пульте управления и перед ним вспыхнула голограмма с изображением одного из капитанов «Звездного патруля».
— Капитан «Вояджера» Громоздин. — Громоздин кивнул капитану «Звездного патруля» головой. — Что произошло с вестинианским разведчиком? Мы наблюдаем вокруг него какой-то ореол.
— Он начал еще более интенсивное торможение. — Заговорил капитан. Возможно вы наблюдаете его реверсионные выбросы.
Как бы в подтверждение этого, изображение разведчика на голограмме, на несколько мгновений, утонуло в мощных голубых сполохах.
— Наблюдаем. — Машинально произнес Громоздин, уставившись в голограмму с изображением разведчика.
— Может быть они и в самом деле не будут садиться. — Произнес Ито.
— Наше отставание? — Громко произнес Бор, не сводя глаз с голограммы с изображением разведчика.
— Примерно два часа сорок минут. — Ответил Громоздин.
— Когда разведчик подойдет к планете? — Задал еще один вопрос Бор.
— Минут через сорок-пятьдесят. Но если он будет продолжать так же интенсивно тормозить, есть реальная возможность к планете подойти одновременно.
Из носовых дюз разведчика вновь появился мощный сполох выброса.
— Его прибытие отодвинулось минут на пятнадцать. — Сообщил Громоздин. — Но скорость все еще велика.
— Н-да. — Бор провел правой рукой по лицу. — По неволе поверишь, что экипаж проснулся и взялся за управление кораблем. Но не поздно ли они спохватились?
