Наученная горьким опытом, спряталась за шкаф. Мало ли, господин ищейка вполне может решить, что отведённое им время вышло. Застёгивая длинную юбку с завышенной талией-корсетом, поглядывала на дверь, в надежде, что она все же не распахнется. Закончив с манжетами рубашки, опустила ноги в туфли на небольшом каблучке. Вовремя. Дверь в комнату распахнулась, Норвинг придирчиво окинул выбранный (не мной) наряд, хмыкнул, но ничего не сказал.
Не поняла, ему понравилось или нет? Нервно поправила прядь волос, заправив её за ухо. И вообще, почему меня должно волновать, понравилось или нет, но, чёрт возьми, волновало!
Сдаётся мне, королевская ищейка тоже предпочёл видеть Елизару в более строгих и скромных нарядах, а может наложился мой предыдущий образ, выбранный специально для допроса? Кажется, тогда его взгляд горел несколько иначе.
— Что ж, могло быть и хуже, — с толикой ехидства произнёс он, разворачиваясь на пятках, — не отставай, мы уже опаздываем.
Не произнеся больше и слова, он зашагал по коридору, плавно обходя сонных адептов. Замкнув дверь, поспешила за мужчиной, не сильно беспокоясь, как братья покинут запертую комнату. Уж Хэран точно знает, как выйти… в окно.
— Так куда мы опаздываем? — нагнав Арона у лестницы, пристроилась рядом. — Не мадам же Тироль меня заждалась, да и его светлейшество Верховный не был бы рад моей персоне с раннего утра, скорее оставил бы на вечер. На десерт, так сказать.
Запрокинула голову, постаралась увидеть в бездонных глазах мага Тьмы хоть какой-то намёк на мою догадку, но он беспристрастном смотрел вперёд. Ни один мускул на его лице не дрогнул, лишь сжатые в полоску губы выдавали его напряженность. Упоминание Верховного Луция явно не обрадовали Арона.
Не удостоившись ответа, надулась, уставившись под ноги. Ну, и не надо, больно нужно было.
Едва мы вышли из коридоров корпуса, в котором располагались комнаты адептов, стало пустынно. Только наши размеренные шаги раздавались, нарушая гробовую тишину. Внезапно я вновь ощутила тот самый взгляд, уничтожающим пламенем пронзающий мою спину. И как бы я не силилась украдкой разглядеть, но в коридоре кроме нас больше никого не было. Нервно облизнула пересохнувшие губы.
Чертовщина какая-то.
На едва освещаемом небольшими светильниками пути, даже редко встречаемые картины и статуи в миг начали казаться наполненными чем-то зловещим. До поражения в другой мир в мистику я не верила, да что там, считала всех «гадалок» и «светлых магов» самыми настоящими шарлатанами. Но здесь… здесь все ощущалось иначе.
К дверям медпункта мы подошли едва ли не в обнимку. Я не понимала, откуда, от кого исходит этот взгляд, кто решил просверлить им мою спину. И с каждым сделанным шагом я старалась прижаться к единственной защитой в лице Арона Норвинга, который уже начал как-то странно коситься в сторону ненормальной адептки.
Стоило дверям закрыться за нашими спинами, а нам очутиться в светлом помещении, дышать стало легче. Вдохнув полной грудью, отлипла от ищейки. Мужчина хмыкнул, вдруг схватив за дрогнувшую от неожиданности ладонь.
— Что тебя напугало?
Все это время Арон казался каким-то непостижимо холодным, но не сейчас. Его ладонь оказалась на удивление горячей, крепко сжав мою он и не думал отпускать. Чёрные глаза больше не пугали, наоборот, в них вдруг отразилось беспокойство, явно не свойственное магу.
— Ни-ничего, — голос отчего-то запнулся.
— Не ври мне, маленькая следовательница, — от его голоса внутри что-то оборвалось, — ты не боялась меня в кабинете чокнутого ректора, но здесь тебя что-то напугало. Я слышу, как беспокойно стучит твоё сердце. Так что тебя напугало, Елизара?
Чуть прищурилась, с сомнением глядя в чернильные глаза напротив. Рассказать? Вот так, прямо и без увиливаний. Мысленно хмыкнула. Спорно. Боюсь, на фоне всех предыдущих историй эта — будет выглядеть сплошной нелепицей, выдумкой подозреваемой, стремящейся отвести от себя след. Стоит ли игра свеч?
Его пальцы, обхватывающие мою ладонь, едва заметно сжались, притянуу ещё ближе к груди, закрытой чёрной рубахой. Я знала, стоит лишь к ней прикоснуться, даже на краткий миг, как я почувствую её твердость. Но есть ли за этой твердыней сердце, способное действительно понять всю полноту моего переживания и животного страха, сковывающего изнутри холодными когтистыми лапами. Но если я не смогу довериться тому, от чьего решения возможно зависит моя жизнь, то кому?
Вдох. Выдох.
— За мной кто-то следит, — сказала, замерев в ожидании его реакции.
Арон лишь насмешливо смерил взглядом, едва ли не фыркнув на моё заявление. Смешно ему, в его бы спину так настойчиво глазели!
— Уверена? — дождавшись моего, совсем не уверенного уже кивка, ищейка выпустил мои пальцы.
Обернувшись, он резко раскрыл дверь медпункта, сделал несколько шагов в коридор. Его спина выглядела напряженной, а глаза… их я не видела, но успела почувствовать, как высвобождается его Тьма, пока ещё подвластная магу. Пока он контролировал её, но надолго ли? Опасная, готовая броситься на выбранную жертву, она медленно обволакивала стены, будто пытаясь что-то прощупать.
