Следуй за рекой (ЛП) полностью

Ромэн никогда не делал ничего подобного. Не показывал открыто свой интерес. Он был хорошим другом, и если его что-то и привлекало, то парень держал это при себе, считая, что я буду испытывать неловкость.

До той ночи.

А Ривер? Он открыто дает понять, чего от меня хочет, и это так извращенно.

Мы ведь товарищи по команде. И должны полагаться на другого, чтобы в трудную минуту читать друг друга без слов. Отточить эту чертову химию, которая течет между нами, хочу я этого или нет.

Но как, черт возьми, я могу доверять Риверу, если меня «штормит», когда мы оказываемся рядом?

Как я могу знать, что он прикроет мне спину на поле, если теперь решил сделать все возможное, чтобы не скрывать свое влечение ко мне?

Ответ прост… Никак.

Ривер подходит, покусывая нижнюю губу… чем привлекает мое внимание. Мой взгляд прикован к его рту. Его губам. И на них появляется дерзкая ухмылка.

А когда я, наконец, выхожу из транса, чтобы посмотреть Риверу в глаза, их блеск дает понять, что меня поймали с поличным.

Вот черт.

К горлу начинает подниматься желчь, когда Ривер останавливается передо мной. От него волнами исходит самоуверенность, и мой желудок ноет еще сильнее.

Кивая головой, прежде чем слегка наклонить ее, он криво усмехается:

— Ты отлично смотрелся. Прям ух!

Клянусь, что стараюсь не воспринимать его слова как какую-то форму двусмысленности. Но стоя перед ним полуголым, я ни за что на свете не смогу забыть, как Ривер пожирал меня взглядом за несколько мгновений до того, как заговорить. Это был буквально трах глазами третьей степени.

Больше похожий на изнасилование, потому что я определенно этого не хотел.

— Без разницы, — бормочу я, отворачиваясь от Ривера, чтобы схватить полотенце, которое положил на стойку с гантелями, вытираюсь и быстро натягиваю футболку.

Последнее, что мне нужно — стоять без футболки рядом с этим парнем. Скорее всего, он воспринял бы это как приглашение.

Даже не взглянув в его сторону, я направляюсь за своими вещами, готовый сбежать.

Пожалуйста, просто продолжай меня игнорировать, и все снова станет хорошо.

— Без разницы? — смеется Ривер, следуя за мной. — И это все, что ты можешь сказать?

Я смотрю на него, прежде чем взглянуть на дверь, желая сбежать и вернуться в квартиру. Поджав губы и делая вид, что обдумываю его слова, потому что, это всё, на что у меня есть силы, я киваю:

— Именно так. Поэтому я и ухожу, Ленни. Обычно это означает конец разговора.

Чтобы еще больше доказать свою точку зрения, я начинаю шагать к двери. И, конечно же, поскольку у Вселенной против меня какой-то заговор, раз она постоянно делает меня несчастным, Ривер следует за мной по пятам. Даже когда я выхожу из спортзала и иду по пустынному коридору, то слышу за спиной его шаги.

— Что, черт возьми, между нами происходит? — шипит он, хватая меня за руку и дергая. Мне приходится повернуться к нему лицом. Я вижу ярость в его глазах, которую никогда не замечал раньше. — Потому что, с моей точки зрения, ориентация не имеет ничего общего со способностью играть на поле. Как по мне, так это единственный вариант, из-за которого ты решил не общаться со мной.

Я усмехаюсь и закатываю глаза:

— Ты, что, не слушал меня на днях? Ясно же, что проблема в тебе. Не в твоей ориентации, а в тебе в целом. Так что сделай мне одолжение, убирайся с глаз долой.

Ривер раздраженно смеется:

— Как простой разговор и похвала, насчёт того, как хорошо ты смотрелся на тренировке, могли тебя обидеть?

— Может, из-за того, что ты на что-то намекал? — огрызаюсь я, приближаясь к нему в едва сдерживаемой ярости.

— Тебе серьёзно стоит вернуться в реальность, если ты думаешь, что всё, что я говорю, имеет какой-то подтекст.

Усмешка пробегает по моему лицу, когда я смотрю на Ривера с презрением. Потому что пошел он. Я знаю, в какую игру играет Леннокс, и вижу его насквозь. Он из тех парней, которые готовы принять любой вызов лицом к лицу и бороться изо всех сил, лишь бы его преодолеть. Победить во что бы то ни стало.

Вот, что во мне видит Ривер. Вызов. Игру, в которую можно играть и выигрывать.

Не на того напал.

— Иди на хрен, Леннокс.

Ривер ухмыляется, скрещивая руки на груди:

— Почему бы тебе не пойти туда самому, Грейди?

У меня чуть ли не выскакивает челюсть в попытке держать рот на замке, сохранять хладнокровие и не позволять Риверу до себя добраться, независимо от того, насколько это противоречит моей природе.

— Feisigh do thoin fein, — бормочу я себе под нос по-гэльски.

Потому что да, я зрелый парень двадцати одного года, который только что сказал Риверу пойти и трахнуть свою задницу на языке, который точно ему не знаком.

Я снова разворачиваюсь, чтобы продолжить свой путь, но Ривер хватает меня за руку: