Несколько мгновений спустя я ощущаю, как Рейн снова прижимается к моим ягодицам. Он входит в меня, и я вздрагиваю от мучительного вторжения из-за того, что в первый раз Грейди не использовал смазку. От мыла начинает жечь еще больше, и я сильно прикусываю губу. Жжение прекращается только после того, как Рейн полностью в меня входит.
Боже, он просто огромен.
Понятно, что я уже знал об этом, после того как несколько недель назад его член побывал у меня во рту.
Но такого размера у меня еще не было, и кажется, будто меня разрывает пополам.
— Руки на стену. Приготовься. — Слова Рейна звучат как приказ, и я немедленно повинуюсь, благодарный за то, что на этот раз он дает мне время привыкнуть, прежде чем снова начать двигаться.
Мой сфинктер горит, когда от движения мыло попадает в ранки. Даже в первый раз мне не было так больно.
Я стискиваю зубы и меняю позу, раздвигая ноги немного шире в надежде немного облегчить дискомфорт. Рейн пользуется моментом, чтобы обхватить меня рукой за бедро, используя его и хватку на моей шее, как рычаг, чтобы войти в меня еще глубже. Его толчки жесткие и восхитительно медленные.
Я никогда не испытывал такого раньше.
Через минуту или две боль уступает место удовольствию, и я начинаю двигаться вместе с Кираном, прижимаясь к нему с каждым толчком. Вскоре наши тела становятся скользкими от смеси воды и пота. По моим венам течет вожделение, а член невероятно тверд.
Мне настолько хорошо, что я ненавижу это ощущение.
Нужно было вырваться из хватки Рейна, оттолкнуть в попытке получить хоть какой-то контроль над ситуацией. Но подчиняясь ему в эту минуту и позволяя делать со мной всё, что заблагорассудится, я завожусь еще сильнее.
Рейн издает стон и начинает трахать меня быстрее, сжимая мое горло так сильно, что перед глазами появляются черные точки, но затем ослабляет хватку, когда мне кажется, что я вот-вот потеряю сознание.
Его горячий рот скользит по моей шее и плечам, прежде чем прикусить трапециевидную мышцу. Сильно. Его зубы пронзают кожу, и я задыхаюсь, когда чувствую, как Рейн слизывает смесь воды и крови, скопившуюся на моем плече.
Из меня вырывается еще один стон, вызванным удовольствием и болью.
— Я знал, что тебе понравится грубо, — ворчит Рейн, двигаясь быстрыми, но плавными движениями и врываясь в меня без остатка.
Боже, как же хорошо.
Жгучая боль от его первого толчка давно прошла, сменившись блаженством от каждого трения длины о мою простату.
Мой собственный член такой твердый, что может взорваться. Я всхлипываю, нуждаясь в большем контакте. Мое тело просит внимания.
Зная, что Рейн не поможет мне с моей нуждой, я опускаю одну руку, чтобы погладить себя, но Киран замечает это и начинает толкаться в меня сильнее. Мне приходится опять опереться на стену, чтобы хоть как-то сохранить равновесие. Либо так, либо я снова уткнусь лицом в грубые камни.
Рейн наклоняется вперед, его горячее дыхание обдувает мою шею и ухо, когда он крепче сжимает мое горло:
— Всё так, как ты себе представлял, а, Рив? Что я быстро и жестко трахаю тебя сзади? — Его насмешки заводят меня еще больше.
Черт, мне нужно, чтобы Рейн прикоснулся ко мне, трахнул сильнее, хоть
— Да, — выдыхаю я, двигая бедрами назад, встречая толчок за толчком и отчаянно желая освобождения.
— Приятно слышать. Но не ошибись на мой счет. Тот факт, что мне не нужно смотреть в твое лицо, когда я вжимаю тебя в стену — лучшая часть этой твоей маленькой фантазии.
Его слова похожи на ушат ледяной воды, окатывающий меня с головы до ног. Желание и нарастающий оргазм быстро рассеиваются, оставляя лишь тупую боль.
Рейн, должно быть, понимает, что я собираюсь резко ему ответить, потому что давит на мою трахею своей ладонью, фактически вынуждая меня замолчать до того, как я успеваю издать хотя бы звук.
Толчки Кирана становятся разрозненными, и могу с уверенностью сказать, что он близок к кульминации. Я готов позволить ему использовать себя как надувную куклу, которую он явно во мне видит, но внезапно Рейн отстраняется, разворачивает меня и, не убирая руку с моей шеи, заставляет опуститься на пол.
Мои колени хрустят, падая на неровный каменный пол, отчего я вздрагиваю. Но, прежде чем успеваю подумать, вздохнуть или возразить, одной рукой Рейн хватает меня за мокрые волосы, а другой открывает мне рот и с силой толкается внутрь. У меня срабатывает рвотный рефлекс, когда головка попадает мне в горло. Я знаю, что Кирану нравится это, но
Грейди обхватывает мою голову руками и начинает трахать меня в рот. Его член входит и выходит из моего горла. Я чувствую, как он пульсирует на моем языке прямо перед тем, как горячие струи спермы начинают стекать вниз по горлу.
Я глотаю каждую каплю, потому что у меня нет иного выбора, и испытываю к себе ненависть за то, что позволил такому случиться. За то, что все зашло так далеко.
