Терраса особняка, словно нос корабля, нависала над бескрайним Атлантическим океаном. Солёный бриз играл с белоснежными шторами, принося с собой крики чаек и шёпот прибоя. Лёгкие Ювастириона расширились, вбирая свежий озон — контраст с удушливой искусственностью воздуха в отсеках «Разящего» вызывал почти эйфорию. Только сейчас он осознал, как сильно «Разящий» напоминал герметичный гроб.
«Как же приятно иметь влиятельных друзей», – думал герцог, наблюдая, как алые блики заката танцуют на поверхности океана. Апартаменты, предоставленные другом майора, превосходили все ожидания: безупречный сервис, изысканная кухня, приватный пляж с идеальным песком цвета слоновой кости. Даже в его родных владениях на Феларии не было такого уровня комфорта.
Герцог с грустью посмотрел на пустое кресло напротив. За время путешествия он успел привыкнуть к обществу бравого космофлотца. Ивор Кельракис оказался удивительным собеседником – его рассказы о тайнах космоса, межгалактических интригах и невероятных приключениях завораживали. Теперь же, оставшись один, Ювастирион чувствовал себя... неуютно.
Он снова наполнил бокал, любуясь, как янтарная жидкость ловит последние лучи солнца. Предстоящий судебный процесс не вызывал у него ни малейшего волнения. За годы работы специальным судьёй последней инстанции он выработал безупречную систему сканирования нервной системы подсудимых. А уж экспертиза подлинности оттиска воли – вообще детская забава для его натренированного сознания.
«Жаль, Ивор не сможет оценить моё мастерство завтра», – с досадой подумал герцог, осушая бокал. Майор сослался на какие-то срочные дела на космодроме и исчез на весь вечер.
К полуночи бутылка дарианского коньяка опустела. Ювастирион с удовлетворением отметил, что напиток подействовал как нельзя лучше – мир вокруг приобрёл мягкие, размытые очертания, а на душе стало тепло и спокойно.
– Вот бы Ивор сейчас... – начал было герцог, но его речь внезапно прервалась громким храпом. Голова судьи склонилась на грудь, бокал выпал из расслабленных пальцев и покатился по мраморному полу.
В последний момент перед погружением в объятия Морфея Ювастириону показалось, что где-то вдалеке раздался знакомый голос: «Ваше сиятельство?..» Но было уже поздно – алкоголь и морской воздух сделали своё дело. На террасе воцарилась тишина, нарушаемая только мерным храпом и шёпотом океанских волн.
Белоснежная чайка, присевшая на перила, удивлённо наклонила голову, посмотрела на спящего судью, затем на пустую бутылку — и, качнувшись, улетела прочь, оставив герцога наедине с его снами о завтрашнем триумфе...
Солнечный свет, пробивавшийся сквозь шторы, ударил по глазам, словно молоток. Герцог Ювастирион застонал, прикрывая лицо ладонью. Казалось, в его череп ввинтили раскалённый гвоздь, а всё тело покрылось невидимой сетью мелких ожогов — следы ночного пиршества москитов. Он с трудом приподнял веки, и первое, что увидел, — красные зудящие пятна и бугорки, усеявшие его руки.
«Чёртовы тропики», — подумал он, безуспешно пытаясь почесать сразу все места.
Его сиятельство посмотрел на часы — времени на приведение себя в порядок уже не осталось совсем. Судья быстро почистил зубы, прополоскал горло и, отказавшись от завтрака, поспешил вниз, на ходу поправляя свою мантию.
Из элегантного салона библиотека превратилась в пыточную камеру. Даже мирный звук накатывающих волн теперь сверлил мозг, как дрель.
Грохот подъехавшего броневика заставил герцога вздрогнуть. Через распахнутые двери он увидел, как офицер в безупречной форме и двое солдат вывели двух арестантов.
Что-то в их лицах показалось знакомым... Но похмельный туман упорно застилал память.
— Ваше сиятельство, как вы себя чувствуете? — офицер склонил голову, но в его глазах читалось понимание.
«Чёрт, так явно?» — подумал судья, чувствуя, как вспотевшие ладони скользят по столу.
— Благодарю за заботу, лейтенант, — герцог сделал вид, что поправляет манжеты. — Просто эти проклятые москиты... Всю ночь не давали покоя.
Офицер, не говоря ни слова, достал из кармана серебряную фляжку и протянул её.
— Проверенное средство, — сказал он просто.
Герцог не стал церемониться. Ароматный напиток обжёг горло, но почти сразу же принёс облегчение.
— Вы спасли мне жизнь, — прошептал он, чувствуя, как тепло разливается по телу. — Я забыл закрыть окно... И вот.
— Понимаю вас, ваше сиятельство, — кивнул офицер. — Местные кровососы — настоящие вампиры. Только это средство и спасает.
Пока герцог наслаждался действием «лекарства», его взгляд снова упал на арестантов. Откуда он их знает? Мысль вертелась в голове, но никак не могла оформиться.
Офицер, заметив его замешательство, тактично предложил:
— Может, отложим заседание на пару часов? Чтобы вы могли... подготовиться.
Герцог покачал головой. Судья последней инстанции не имеет права на слабость. Даже если мир вокруг плывёт, а в висках стучит молот.
— Нет, — судья глубоко вздохнул, — начнём процесс. Надеюсь, сегодняшний день не принесёт нам новых... сюрпризов.