Сын изменника и молодая императрица. Р
- Ты же понимаешь, Дарсаль, слишком частые наказания не способствуют улучшению твоей репутации.
Понимаю, конечно. Самого бесит. Хотя, мою репутацию вряд ли что уже улучшит. Едва сдерживаюсь, чтобы не ответить. Хорошо хоть командир отчитывает не при всех.
- Личный Страж императрицы должен быть безупречен.
- Не считаю, что поступил неверно, - рискую.
- То, что ты считаешь, не имеет никакого значения, Дарсаль. Важны только приказы императора и наше их исполнение. Неужели я должен об этом напоминать?
- В некоторых вопросах у меня есть полномочия принимать свои решения, если что-то... может сказаться на спокойствии императрицы.
- Вероятно, император не счёл вопрос таковым. Мне удалось добиться, чтобы наказание не было привселюдным. Не скажу, что легко, однако радость от удачной женитьбы определённо сделала его сегодня благосклонным.
Омаа взрывается внутри, но внешние щиты держу. Весь день их уплотняю. Командир даже не заметил, продолжает:
- Час блокирования омаа в камере. И пожалуйста, будь впредь осторожнее, если не хочешь лишиться места. Старайся верно соотносить свои полномочия с приказами повелителя.
Киваю. Высказался бы... да командир тут не виноват. Никто не виноват, кроме одного дурного Стража. Видимо, недостаточно получившего в своё время за неповиновение.
Всё сжимается, пропитывается льдом. Одно из самых отвратительных для Слепого наказаний. Лучше уж «Строй». Хорошо хоть в камере, спасибо, мой командир. На людях не в пример тяжелее и унизительнее. А тут лишь одно - целый час ничего не видеть, абсолютно. Не ощущать синюю ауру. Впрочем, ощущать её сейчас тоже непросто. Она меня избегает. Даже завтракали по отдельности. Впервые. А вечером - состязания на бурвалях, устроенные по случаю приезда знатных графов, во славу молодой императрицы. И мне ещё там обязанности исполнять... каким-то образом. Бесов Раум.
Пусть она ни о чём не узнает. Ей всё равно не до меня сейчас. Целый день не звала. Всего лишь час.
Битый час стою перед зеркалом в узких брюках и раздумываю, не пора ли начинать приучать подданных к своим предпочтениям? Или слишком рано?
Не могу заставить себя выйти, а встретиться лицом к лицу с Дарсалем - кажется, ничего сложнее и придумать невозможно. Наверное, он это чувствует, потому что с самого утра так и не заходит. Хотя шаги слышала.
За едой тоже посылала Кэти, и ещё попросила ему отдельно принести.
Ночью он уходил. Не хочу знать, куда. Не могу.
А при мысли, о чём я думала в свою собственную первую ночь... точнее, о ком... Сразу захлёстывает смесь ужаса и чего-то ещё - недозволенного, терзающего и безумно желанного. Снова и снова обрываю запретные мысли.
Придирчиво рассматриваю отражение. Вроде бы ничто и не изменилось. Только вот не для моего личного Стража, наверное.
Если можно было бы отмотать назад! Нет, конечно, я бы никуда из Йована не поехала даже с Дарсалем. Разве что силой увёз бы. Но, кажется, такая перспектива не слишком и пугает. Наоборот - в голове какие-то картины... То и дело заставляю себя не думать о них, а сосредоточиться на предстоящем. Боюсь, не слишком помогает. Острое ощущение потери засело глубоко внутри и никак не отпускает.
- Госпожа Пенелия, - появляется в дверях почему-то Альбер. Наверное, он сегодня дежурит на входе.
- А где Дарсаль? - стараюсь не показать испуга.
Вроде же был у себя? А вдруг он откажется от меня? Что же я делать стану?! Разум может хоть сотню раз убеждать, насколько это было бы к лучшему, но сердце кричит, что оно просто не выдержит. Пусть не обладать, но ещё и не видеть?!
- У императора! - взволнованная Пени отвечает на вопрос, стремительно врываясь в гостиную, вызывая новый приступ ужаса: неужели император узнал?!
- Почему?!
- Ленни с Ангой болтали, вроде его наказать хотят... за Кэти.
- За Кэти? За... - начинаю, заливаюсь краской, потому как мысли все в контексте брачной ночи. Не уверена, что хочу знать. Почему Кэти? И кто такая Ленни? А, наверное, соседка Пени по фертону. Подружки, твою бестию!
- Девочки сплетничают, вроде она тебе проболталась, а его накажут. Что...
Боже! До меня вдруг доходит!
- Где?!
- Какой-то специальный зал для разбирательств.
Провожу невидящим взглядом по Пени, срываюсь с места, даже не успеваю заметить, идёт ли за мной кто из охраны. И только где-то на лестницах осознаю, что так и бросилась в брюках да во весь дух. То-то лица у вельмож.
В попытках вспомнить, куда идти, притормаживаю. Оглядываюсь. Альбер за мной, и в глазах что-то такое... Вроде тот же белый свет, но почему-то кажется тёплым.
- Веди! - приказываю. Альбер понимающе кивает и тут же быстрым, немного скользящим шагом направляется в одно из крыльев дворца.
А я напоминаю себе, что сама же просила императора не выяснять отношения на людях. И все слова, которые хотелось бы высказать жениху... то есть мужу, поберите его бесы, приходится загнать обратно. За свою поганую Шарассу будет мне на Дарсале отыгрываться!
