Голос Слепца сорвался, но не потому, что он осознал весь ужас сотворенного им. Он не чувствовал сожаления, только правоту… Да, откуда им знать? Они не видели черного сияния ненависти этих странных, неуклюжих солдат, не ощущали безмолвного звериного рыка. Однако, усталость сжала глотку и нанесла предательский удар под коленки. Слепец сделал несколько шагов вперед, к дороге, и лишь чудом не упал прямо в раскисшую, но уже прихваченную морозом кровавую мешанину. На просеке не осталось ни одного целого тела, даже сколько-нибудь узнаваемой его части, лишь сплошной покров из кусков костей, клочьев внутренностей и мяса. На мгновение тошнота подступила к горлу Слепца, но он смог с ней справиться. Нужно было действовать дальше.
Слева, там, где был глубокий тыл войска южан, раздавались нестройные вопли. Уцелевшие, бросая вооружение и коней, бежали прочь. Справа, там, откуда летел звон мечей, все еще продолжали рубиться, но с гораздо меньшим ожесточением. Кто-то в пылу битвы не заметил случившегося, кто-то заметил, но противник не дал ему шанса прервать бой. Около пятисот грузных воинов в светло-желтых кожаных доспехах еще толпились у остатков деревянной засеки, устроенной олгмонцами и потом разнесенной на части наступающими. Здесь предстояло сделать выбор - справиться разом с обоими отрядами южан Слепец не смог бы. Он не был даже уверен, что найдет в себе силы расправиться с одним из них… В тылу, несомненно, прятались военачальники - но сейчас эта группа беспорядочно удирала, испуганная и безопасная. А вот остатки первых шеренг до сих пор сражались. Нужно было взяться именно за них.
Слепец снова взмахнул руками, помогая себе тем самым сосредоточиться. Он призвал большое облако из снега, сорванного с ветвей сосен на некотором расстоянии от просеки, и заставил его зависнуть над толпой сражавшихся. Теперь-то уже все бойцы, с той и с другой стороны перестали размахивать оружием и застыли с разинутыми ртами и запрокинутыми головами. Бурлящее облако рухнуло на них, и поглотило разом все поле боя. Некоторое время снежный вихрь бушевал над дорогой, но на сей раз он был слабее и не прогрызал тела воинов. Снег облеплял лица, лез в глотки и глаза, забивал уши. Толстым слоем он окутывал тела и не давал подняться рукам, сжимающим щит или оружие…
Снежная пыль еще не улеглась, прыгая вверх и вниз, мечась между неуклюже застывшими фигурами, а Слепец уже подошел вплотную к пойманным в ловушку остаткам армии южан. Метель расступалась перед ним: вот, появились первые солдаты, с виду похожие на нелепые снежные фигурки, которые любят лепить зимой дети, с тем исключением, что эти пытались двигаться, выпростать руки. Из-под рыхлых белых комьев, покрывавших воинов с ног до головы, торчали части их доспехов - странная светло-желтая кожа, с виду слишком тонкая и нежная, чтобы служить защитой в бою. Мечи и топоры выпали из рук несчастных, щиты тоже. Слепец без труда мог убить каждого, и он поспешил сделать это. Удар, другой, третий! Меч вгрызался в снежные фигуры, вспарывал им животы и вскрывал грудные клетки. Из-под белого внешнего слоя выступала яркая кровь - казалось, что Слепец режет огромные пирожки с начинкой из жидкого малинового варенья. Белые фигуры хрипели, залеплявший лица снег становился розовым в тех местах, где должен был находиться рот… Но Слепец не разглядывал умиравших от его руки солдат, а шел дальше. Метель, слабевшая, но не сдававшаяся, смыкалась за его спиной и расступалась впереди. Повелитель воды мерно шагал сквозь строй скованных снегом солдат и рубил их направо и налево…
Он едва успел остановить руку, когда та послала меч для удара по одной из беспомощных "снежных баб". Слишком мелкой она ему показалась… Слепец ткнул в середину кома рукоятью меча - и весь снег тут же осыпался вниз, обнажив перепуганного и судорожно разевающего рот охотника в медвежьей куртке с неровно обрезанными полами. Видно, раньше это был тулуп, но в столь массивной одежке несподручно биться с врагом, потому хозяин спешно укоротил ее перед сражением.
Выплюнув изо рта остатки тающего снега, охотник смерил Слепца безумным взглядом, но ничего не сказал. Присев, он стал шарить у себя под ногами в поисках оброненного топора.
– Поднимай его быстрее, - посоветовал Слепец. - А не то опоздаешь на резню. Твои враги ждут не дождутся, когда лезвие топора проветрит им кишки!
