Слепой цирюльник [litres] полностью

– Это еще что? – спросил Уоррен, который тоже читал статью, время от времени странно присвистывая, словно душа Амуретты Перно. – Ты видел этот словесный понос на последней полосе? Это и есть наш Перригор?

Морган ответил:

– Боюсь, ты ничего не смыслишь в культуре. Как сказала Химена[19] Тартюфу: «Дичь!» Так вот, тебе пора начинать смыслить в культуре, сынок. Прочти эту статью очень внимательно. Если чего-то в ней не поймешь, спроси меня. Потому что… – Он осекся, однако доктор Кайл уже разделался с последней добавкой яичницы с беконом и с жизнерадостным видом поднимался из-за стола.

Доктор пожелал им хорошего утра и сказал, что почти готов поиграть в теннис на палубе. И в целом вид у него был такой самодовольный, когда он удалялся, что Морган ясно видел, как на лице Уоррена множатся и сгущаются вновь пробудившиеся подозрения.

– Послушай! – прошипел Уоррен, понижая голос и опасно размахивая вилкой. – Он утверждает, что, проснувшись утром, не нашел никакого изумруда…

– Может, забудешь уже о докторе Кайле? – перебил раздраженный Морган. – Все с ним нормально, просто это была не его каюта. Послушай меня…

Но ему в голову внезапно пришла неутешительная мысль. Доктор Кайл изумруда не находил. Очень хорошо. А что, если Перригоры тоже его не находили? Предположение абсурдное, однако оно не отпускало его. Если ни доктор, ни критики не притворяются, то что за ерунда приключилась с изумрудом? Не заметить его они просто не могли, он же своими ушами слышал, как стальная коробка стукнулась об пол. И если все же допустить, что они не притворяются, возможно, Пегги ошиблась насчет каюты. Но в этом он сомневался. На серьезном личике девушки были написаны проницательность и уверенность. Значит, как вариант, за этим фокусом мог стоять Слепой Цирюльник. У них имелись убедительные доказательства, что он крутился где-то рядом, пока на палубе С происходили все дикие ночные события. С тем же успехом он мог проследить за ними. А позже ночью просто-напросто вернулся за изумрудом…