«Я весь день звоню тебе, ты не берёшь трубку. Не знаю, не слышал ты или не отвечал намеренно. Знаю только, что виноват перед тобой. Я жалею о сказанных словах, что не желаю тебя знать, и что ты мне более не брат. Это неправда. Мы братья, и это навек, от этого невозможно отречься. Ты, я и Павел навсегда связаны братской нитью. Мы не имеем права ее разрывать. Ты мой брат, ничего не должно вставать, между нами.»
Вадим подумал стоит ли упоминать Лидию. Затем решил, что никогда упоминание ее имени не приносило ничего хорошего. Не по-мужски сваливать ответственность на женщину. Хоть и до боли хочется найти кого-то крайнего.
Веру и Сашину дочку Вадим тоже упоминать не стал по той же причине. Отец Андрей написал Вадиму, что Сашину девочку окрестили Лидией. Читая это, Вадим подавился консервированным тунцом. И как Вера допустила? Скверный суеверный страх не позволил Вадиму поздравить Сашу или Веру с рождением ребёнка.
«Не думай, что я тебя осуждаю. Я переживаю за тебя. Мне кажется, что ты несчастен и тебе нужна помощь психиатра или психолога.»
Нет, так писать нельзя. Сашу это сразу отпугнёт. Вадим зачеркнул слова «психиатра» и «психолога» и написал «моя помощь». Он в самом деле в состоянии помочь брату сам.
Затем Вадим немного подумал и написал:
«Я буду очень ждать твоего ответа. Брат, давай снова обретём друг друга».
Он нажал «отправить», мысленно посылая Саше сигнал ответить.
Но ответа он не получил ни в этот день, ни на следующий, ни через неделю.
Прекрасна и страшна воды стихия,
Когда сметает на своём пути.
Когда ее намерения лихие
Не оставляют жизни позади.
А море в шторм подобно человеку,
Чей гнев тотчас разлился через край.
И вот уже способен тот с разбегу
Вокруг все искалечить невзначай.
Подобно морю человек стихает,
Нельзя же сердцу вечность бушевать.
И человек уже не понимает,
Как мог он в своей злости так сгорать.
Глава 34
Саше было некогда отвечать на сообщения. Он думал, что ему делать.
Он несколько раз перечитал послание Вадима. Почему брат решил написать именно сегодня, когда ему некогда осмыслить и переварить написанное?
Лидия и Вера. Чёрное и белое. Смерть и жизнь. Порок и добродетель. Зло и добро. Грешница и святая. Две половины, которые образуют единое целое и не могут существовать друг без друга. Как так вышло, что эти две половины разъединились, и одна за другой появились в жизни Саши в образе бледной женщины с чёрными волосами? Одна губила его, а другая пыталась спасти. Обе потерпели фиаско.
И вот они наконец соединились в одно – в девочку, в которой течёт Сашина кровь. Эта девочка носит имя одной и гены другой. И похожа внешне на обеих.
Саша держал Лиду на руках и смотрел на Веру. Она вышивала бисером картину с изображением матери и ребёнка. Подарит дочке, когда та подрастёт, говорила Вера. Ее усталый взгляд сфокусировался на вышивке, но вдруг Вера резко дёрнулась и отбросила вышивку прочь.
– Что-то случилось? – Она присела рядом с Сашей. – Ты странно озабочен.
И как она все подмечает, удивился Саша. Ясновидящая, ей-Богу.
Лида захныкала у Саши на руках, он приласкал девочку. Она помогает Саше скрыть от Веры свои думы, у дочери с отцом крепкая кармическая связь. Забавно, что буквально несколькими месяцами ранее Саша не поверил бы в такую галиматью. Что говорить… в воскресение мертвых он раньше тоже не верил.
– Все хорошо, моя родная, – Саша искренне одарил жену любовным взглядом. – Что может со мной стрястись, если у меня есть вы с Лидой? Ты мой ангел-хранитель. Я говорил тебе?
При Сашином ласковом слове глаза Веры наполнились какой-то русалочьей отрешенной нежностью, она была вновь готова отдаться в его пагубную власть каждой клеточкой своего тела, всей своей невинной душой. Вера – слабая, Саша не должен забывать, что превосходит ее в силе. Значит всегда есть шанс заставить ее плясать под свою дудку, только нащупать бы куда надавить. Пусть дичится, сейчас не до неё. На арену опять вышла Лидия. Живая и непобедимая. Что же будет теперь с Сашиной семьёй?
Саша поцеловал Лиду, уложив в кроватку. Саша усмехнулся, отметив, что ребёнок прежде, чем уснуть мечется, вертя головой в разные стороны. Так делала та другая Лидия, она никогда не могла нормально заснуть. Ночью ей овладевали демоны, Саша ревновал. Сам он никогда не имел над этой женщиной такой власти как они.
– Что же такое происходит? – Хватался за голову Павел. – Я глубоко против приема снотворного, но в случае с Лидой спасение только в нем. Я купил хорошее, не дешевое, но все равно жутко боюсь, что однажды она совсем перестанет без него спать. Проще говоря, привыкнет.
– Так ведь она и так не спит по твоим словам, – отозвался Вадим. – А тут хоть как-то удастся. Не спать гораздо более вредно, чем сидеть на снотворном.
– Согласна, я тоже иногда пью его на ночь, что крепко уснуть, – Юля по обыкновению тоже вставила свои пять копеек, хоть ее никто никогда ни о чем не спрашивал. – С Арсением невозможно по-другому. Когда мы отдаём его на попечение маме, я принимаю ванну, пью снотворное и сплю как убитая.
