Остальные члены группы сгрудились в кучу, чтобы обсудить услышанную информацию, но Алан не мог участвовать. Он внезапно обнаружил, что расхаживает по столовой, нервно сжимая правой рукой затылок.
Как ему высидеть здесь два года? Что он сделает с собой за все это время? Он проводил свои эксперименты, это правда, и уже был готов начать испытания, но не мог делать это здесь, в населенном пространстве.
Джейн должна остаться на «Спероанкоре». Она должна быть дипломатичной и все такое. Алан это понимал. И его место было с ней, разве нет? Ведь так делают настоящие пары. Они всегда вместе, и в горе, и в радости.
С другой стороны, вылазка на Старую Плигу не займет слишком много времени. Они будут порознь, но отсутствие, сердце и любовь и все такое, верно? Но он сделает что-нибудь полезное. Он может пригодиться Рону в решении проблем. Вдруг для этих частиц, скрывающих планету, понадобится особый контейнер, который, вероятно, придется строить с нуля. Алан в силах это сделать. И им, наверное, не помешает еще одна пара рук. Эта работенка по сбору частиц, скрывающих планету, может оказаться нелегкой.
Остальные болтали еще очень долго. В конце концов все ушли, оставив в столовой только продолжавших беседу Рона и Джейн и расшагивавшего туда-сюда Алана. Он метался от стены к стене, размышляя, хотя мысли его, похоже, сужались к одной и той же фразе. Ничего у него не выйдет.
Когда Рон ушел, Джейн прислонилась к двери и спросила:
– Ты можешь сейчас вернуться в нашу каюту?
– Ага.
Они были почти возле ее комнат, когда она вдруг сказала:
– Ты расстроен.
Алан медлил с ответом.
Джейн взяла его за руку, остановила посередине коридора и, приблизившись почти вплотную, сказала:
– Поговори со мной.
– Я не очень умею слоняться без дела, – печально сказал он.
– Я знаю, – устало кивнула она и, двинувшись дальше, добавила: – Ты должен отправиться с Роном.
Брай был в восторге.
Похоже, доктор Алан Берген сделал первый шаг по непростой дороге к дружбе. Дистанция и спокойное поведение, как и обещала Джейн, дали свои плоды. Но Браю нужно быть осторожным. Сейчас был критический момент. Ключевым фактором станет уверенность.
Пытаясь подружиться с этим мужчиной, Брай всегда испытывал настоящее отчаяние. Алан был совсем не похож на тех людей, которых он когда-либо знал. Он применял свой интеллект с довольно большой долей самоуверенности и творчества, что заинтриговывало. Брай с самого начала хотел проникнуть в его мозг и попытаться понять, как он работает. И даже попробовать позаимствовать сложные процессы мышления Алана, чтобы самосовершенствоваться. Но это рвение не приносило результата.
Но в последнее время, работая над проектом и воплощением некоторых своих необычных новейших инженерных проектов, Алан начал доверять ему, считая его экспертом наряду с Пио, Джаросс и Роном. Брай очень серьезно относился к этим задачам, и его содействие принесло прекрасные плоды.
И теперь доктор Берген говорил с ним.
«Сейчас разговариваем только ты и я, да? Никто не слышит наши мысли? Ты никому не раскроешь содержание этого разговора?» – спросил Алан, проходя по дорожке, огибавшей аквариум Брая. Затем развернулся и пошел в обратную сторону.
«Да, безусловно. Это конфиденциальный разговор», – ответил Брай.
«Я бы поговорил с Роном, но он на другом корабле, и все это становится чертовски сложным. Можно было бы поговорить с ним через тебя, но ты и так услышал бы, что я хотел сказать, поэтому я думаю, что есть смысл поговорить с тобой, раз уж ты здесь».
«Логичный вывод», – Брай передвинулся, чтобы не приходилось поворачиваться всем телом и следить за движениями Алана. Он должен быть как можно более спокойным, чтобы максимально помочь ему.
Рука Алана взметнулась к затылку.
«Я имею в виду, что это не то, что разговаривать с Пледором или Тинор, понимаешь? Или с Муррси. Я даже не знаю ее. Ты понимаешь, что я имею в виду, верно»?
«Я считаю Тинор близким другом, но я заметил возникшее между вами двумя неудобство из-за недопонимания с подарком Джейн. Несомненно, разные личности ищут разные уровни близости у разных индивидов. Это естественно. Есть много факторов, и они часто имеют личный характер, основанный на прошлом опыте».
Алан словно врезался в незримую преграду и, остановившись, произнес:
«Возможно, это было неправильным решением…»
Внешне Брай оставался спокойным и неподвижным, но внутренне ругал себя за лишнюю болтовню. Он снова отталкивал Алана от себя, как и прежде переусердствовав. Лучший подход – слушать и поощрять на разговор Алана, ведь именно по этой причине он сюда пришел. Тогда может возникнуть нечто более естественное. Они хорошо ладили, когда работали над теоретическим устройством Алана. И благодаря этому он стоял сейчас здесь, перед Браем.
Он собрался с силами и попытался говорить как можно спокойнее:
«Вы хотите поговорить о полете на Старую Плигу Хуны или, может быть, о карантине?»
Алан резко развернулся лицом к Браю.
«Этот чертов карантин! Я понимаю, почему они это делают, но меня бесит, что, пройдя весь этот путь, мы должны несколько лет сидеть на одном месте, как идиоты».
