Эдуард ласкал губы Алисы, сплетал её язык со своим, наслаждаясь каждым ответным движением растерянной девушки. А оно было, это движение, — робкое и почти неощутимое, но было. Алиса изучала его — и губами, и языком, и руками, которыми она легко провела по спине Эдуарда, отчего он даже задрожал, испытывая какое-то бешеное возбуждение, сродни которому не чувствовал уже давно. Ничего ведь не случилось — они просто целовались, как два школьника, причём девушка в его объятиях явно то ли была не слишком опытной, то ли уже подзабыла, как это правильно делается. Но именно её неискушённость, по-видимому, и привлекала Эдуарда сильнее всего. Неискушённость и искренность.
И ничего в его настроениях не изменилось, даже когда Алиса вдруг опомнилась, разорвала поцелуй и попыталась отодвинуться. Эдуард сразу же отпустил её — он отлично понимал, что чем сильнее будет давить на Алису, тем вернее и быстрее она от него убежит. Тем более что обстоятельства их знакомства, увы, играли против него.
— Нет, нет, — пробормотала Алиса, качая головой, и потерянно посмотрела на Эдуарда. Несмотря на сумерки, он отлично видел, как сильно блестят её глаза. А ещё она, кажется, порозовела от смущения. — Нельзя, ты что…
— Почему нельзя? — произнёс он вкрадчиво. — Ты свободна, я тоже.
— Ты занят! — прошептала она безапелляционно и обиженно шмыгнула носом. — И не надо возражать! Даже если ты расстанешься с Дианой, для меня будешь табу. Я не могу причинить сестре такую боль!
Раздражение вновь взметнулось в душе, и Эдуард на мгновение сжал зубы, чтобы не сказать лишнего.
— По крайней мере, ты теперь веришь, что нравишься мне, я надеюсь? — уточнил он с иронией, и взгляд Алисы заполнился свирепостью.
— Ах, вот к чему это было!
— Конечно. А как тебе объяснить, если слов ты не понимаешь? Я открытым текстом сказал об этом как минимум дважды. Но ты гнёшь и гнёшь свою линию. А меня раздражает, как ты незамутнённо уверена, что рядом с Дианой не можешь быть никому интересна. И она в тебе это ещё и поддерживает!
— Неправда, она…
— Врушка она, — не выдержал Эдуард, почти выплюнув это обвинение. — Но я не хочу сейчас о Диане. Давай лучше поговорим о нас с тобой.
Алиса схватилась за голову.
— Эд, что ты несёшь! Нет никаких «нас с тобой»!
— Пока нет, — он не стал отрицать. — Но я хочу, чтобы были. Что мне для этого сделать? Подумай. Для начала, наверное, нужно расстаться с Дианой?
— Что?! — насколько сильно и внезапно побледнела Алиса, было заметно даже в неярком свете вечерних фонарей. — Нет! Не вздумай!
В этот момент по боковой дорожке прошла оживлённо переговаривающаяся парочка, и Алиса замолчала, явно пережидая, пока люди уйдут. Эдуард улыбнулся — даже эта её деликатность его умиляла и немного восхищала. Диана и не подумала бы обращать внимание на каких-то там прохожих, да и не только Диана. Он тоже не стал бы прерывать диалог.
Да, он хотел себе такую девушку. И для того, чтобы убедить её в необходимости стать его, был готов на многое.
Алиса, разумеется, будет сопротивляться. В этом Эдуард ни капли не сомневался. Но это нормально — если бы она легко согласилась на отношения после того, как его привела в её дом сестра, он бы сам потерял к ней интерес и разочаровался.
Как можно увязать вместе эти два факта — желание получить Алису и в то же время нежелание, чтобы она легко предала сестру, — Эдуард пока не представлял.
Получалось противоречие, но… тем интереснее будет двигаться дальше.
Я всё ещё цеплялась за своё предубеждение. И пыталась уговорить себя, что Эдуард просто так извращённо шутит. Но как-то вот не уговаривалось.
Зачем ему шутить? Он не похож на идиота, который спорит с друзьями на девушек. Можно, конечно, предположить, что Эдуард поспорил — сейчас я, мол, уложу в постель сестру Дианы, но это казалось мне феерической дурью. Ему же не двадцать лет, а почти сорок. Вокруг навалом девок. Не хочешь Диану — бери другую. А все эти споры всё-таки для молодых мальчишек без мозгов.
Поэтому чем дольше я слушала Эдуарда, тем больше верила в то, что он говорит правду. Вот только я не была рада этой правде.
Видимо, он устал от красавиц. Я же видела фотографии в интернете — все девушки, с которыми он выходил в свет, были исключительно прекрасными. Я совсем другая.
Это как с едой — невозможно каждый день есть тортики, через неделю от них офигеешь, захочется простой картошки с солёными огурцами. Вот и Эдуарду захотелось «картошки», то бишь меня. И пофиг, что будет со мной, когда ему надоест простая еда и захочется вернуться к тортикам. И уж тем более безразлично, что после подобного поступка мои отношения с Дианой будут разрушены.
— Не вздумай, — повторила я решительно. — Это бесполезно, понимаешь? Никакой мужчина не стоит моих отношений с сестрой. Она слишком дорога мне. И я не свяжусь с тобой ни при каких условиях!
Эдуард кивнул, ничуть не удивившись.
— Что ж, это вполне в твоём характере. Ты верный и честный человек, Алиса.
