– Ох, горестные времена настали для живущих, – покачал он головой, – если падшие и их потомки, именуемые также Древними, зашевелились, а те, кто поклоняется им, обрели силу. Нам же остается только молить Всевышнего о милости и ниспослании мудрости… Я таки когда-то встречался с тем, кого вы видели в Кракове, еще до того, как Европу охватило безумие, и уже тогда он находился во власти чернокнижия, и разум его был помутнен.
Я сообразил, что под «безумием Европы» дедушка понимает деяния Гитлера и его своры, и задумался, сколько же нашему собеседнику лет – неужели тоже несколько столетий?
– Но о том, кто известен как Хаим Шоррот, я только слышал, – Ицхак бен Шломо задумчиво подергал себя за пейс. – Книга, содержащая знания о Древних, об их мощи и мерзости, именуется «Некрономикон», и мало кто отваживается читать ее. Она полна запретных Имен, древних Знаков вроде этого, – он брезгливым жестом указал на Печать. – Я заглядывал в нее и изучал ее, но каждый раз молился и каялся, и очищался, и отдавал себя во власть других, чтобы они проверили, не осело ли на мне зло, что старше древнейших гор… Молодой Арнольд просил вам помочь, но старый ребе не воин и не заклинатель, я не в силах отправиться с вами и встать рядом в битве с теми, кто мнит уравнять себя с Всевышним. Я могу лишь дать вам знания, таки попробовать объяснить некоторые вещи…
– Ну так объясните! – потребовал я. – Сколько можно Йонатана валять?
– Ой-вэй, не стоит спешить! – ребе глянул на меня сердито. – Было много торопливых, и где они? В постижении тайн нужно двигаться медленно. Вот Печать, одна из девяти, что некогда висели на статуе Кхтул-лу, стоявшей в главном храме мерзостного города Р’лайх, что ныне погружен в бездну моря…
И дальше он рассказал, что девять таких цацек образовывали нечто вроде подвески или пояса, и что в них содержалась часть силы того, кто именуется Пожирателем Душ или Великим Жрецом. Когда упомянул, что Печати обладают чем-то вроде собственной воли, и что их нельзя найти или украсть помимо их желания, Бартоломью нервно хмыкнул.
– Постойте, – сказал я. – Так эта хрень у меня потому, что ей это надо?
– Именно так. Она повинуется тебе, и я не очень понимаю, почему.
– Только не говорите, что дело в моей крови! – воскликнул я, вспоминая то видение, где я наблюдал за собственным предком, стоявшим на вершине храма Властителей Древности.
– А что с твоей кровью? – Брови Ицхака бен Шломо поднялись к самой шляпе. – Вторая группа, резус таки отрицательный, сахар, содержание лейкоцитов и прочих эритроцитов в норме.
Я вытаращился на него – откуда он знает?
– Нет, тут дело в другом, – сказал ребе, не обращая внимания на мое удивление.
– Раз эта вещь содержит силу Кхтул-лу и обладает собственной волей, – вступила в разговор Ангелика, – может быть, от нее стоит избавиться? Может быть, то, что Пат ей пользуется, идет только во вред?
– Ой-вэй, сложные вопросы, очень сложные, – затряс головой цадик. – Лишь сам Всевышний может на них ответить, но только стоит ли его беспокоить по таким пустякам? Нет, я думаю, что избавиться от нее будет нелегко, да и не нужно этого делать. Все здесь может быть на самом деле не так, как кажется на первый взгляд…
Да, утверждение, конечно, мудрое, но несколько туманное.
– Сила зла явлена, открыта и очевидна, – продолжал Ицхак бен Шломо. – Силу же добра можно косвенно оценить по тому, что зло таки пока еще не победило. Древние давно мертвы и низвергнуты, но души их жаждут нового воплощения, рек крови и истовых поклонений. Если мы не будем противостоять, то Шуб-Ниххурат вернется в леса, Хастурр воссядет на трон среди звезд, а Кхтул-лу воцарится в поднявшихся со дна городах…
Похоже было, что ребе собрался потчевать нас исключительно баснями.
Но, с другой стороны, дареному ишаку под хвост не заглядывают, так что нам оставалось только слушать – вдруг дедуган скажет что-нибудь полезное или перейдет к делу?
– Ну, вот и все, – сказал Ицхак бен Шломо, прочитав нам лекцию о Древних, их облике и мерзостных привычках. – Теперь вы вооружены сверкающим мечом знания, и нет оружия сильнее.
– Все? – разочарованно спросил Антон. – А как же это, ну… это?
– Что «это»? – сдвинул брови дедуган. – Или вы надеялись, что я наделю вас мощью Непроизносимого имени? Или призову все десять Сефирот? Или заставлю ангелов прийти к вам на помощь?
Ну, ангелы не ангелы, а чего-либо конкретного я ожидал – какого-нибудь амулета супротив черной магии или красочного обряда с завываниями и прочими спецэффектами. Но хитрый ребе из Цфата собирался ограничиться консультацией и общими туманными заявлениями.
– Вы должны понимать, что любое чародейство бессильно перед духовной мощью! – патетически возгласил он и ткнул узловатым пальцем в потолок. – Всевышний приходит на подмогу тому, кто этого заслуживает! Ой-вэй, я таки буду молиться и призывать на вас его благоволение, ибо Древние угрожают всем, и народу Израилеву, и остальным тоже.
