По всему выходило, что добровольное желание этой троицы отомстить наглой девке, то есть мне, принесло больше пользы, чем вреда. Раскрыло карты недругов. И теперь становилось понятно, что всё серьезнее, чем думалось. И злопамятный владелец «МарСеля» угомоняться не собирается.
«Спасибо» говорить болтуну не стали, но и сильно Игнат его не трепал. Тот пел, как соловей, и без давления. Удирал только, как заяц, когда отпустили.
— Откуда он так много знает? — озвучиваю вопрос, что не дает покоя.
— Думаю, Максимка сам болтает направо и налево, особенно, когда под кайфом или пьёт в компании. В такие моменты контролировать себя практически невозможно. Вот дружки и мотают на ус всё интересное.
— Как ты смог их просчитать?
Вглядываюсь в лицо мужчины, что так аккуратно и надежно держит в своих объятиях.
Моего мужчины.
Моего защитника.
— Интуиция. — улыбается, прищурив немного глаза, и словно в омут затягивает.
Упираюсь ладошками в крепкую и широкую грудь, встаю на носочки, и, не разрывая зрительного контакта, тянусь к его губам.
Высокий, достаю только до подбородка, но хочу выше.
Понимает и соглашается. Склоняет голову ниже, встречая мой шаловливый язык своим, дает несколько мгновений, чтобы поиграться, а потом с рыком подхватывает под попу, вжимает в себя и целует сильно, остро и ужасно сексуально.
Закрываю глаза и растворяюсь в поцелуе. Обхватываю руками мощную шею, чтобы не упасть, а ногами узкие бедра. Вишу на мужчине, как обезьянка на дереве, но не осознаю всего этого. Я в эмоциях, ощущениях, касаниях. Я дарю и получаю в ответ.
Боже, кайфую от наших страстных поцелуев.
Ладно, от страстных поцелуев Игната и своего почти умелого подражания ему.
Меня держат так легко и непринужденно, словно вешу не пятьдесят с хвостиком килограммов, а всего двадцать.
Не возражаю. Вообще всё равно.
Главное, ему удобно, а мне приятно.
Мужчина разрывает поцелуй, когда я готова просить пощады от недостатка кислорода.
— Дурею от тебя, — выдыхает в губы.
Не отпускает, доносит до пледа и, сев сам, устраивает сверху. Чувствую его сильное и очень большое желание, что упирается в живот. Замираю, стараясь не провоцировать. И Игнат, словно мысли читает, придвигает за поясницу к себе вплотную и со стоном утыкается головой мне в лоб.
— Лера, правила меняются. — дышит жарко и часто. Он вообще весь, как огромная доменная печь, что опаляет жаром. — До пятницы не ждём. Ты мне нужна. Сейчас.
Втягиваю в себя резко закончившийся воздух, стараясь подавить нервную дрожь, вызванную словами мужчины.
Я не готова.
Но…
Я приняла решение бороться со страхами.
И Игнат мне нравится.
Потому собираю волю в кулак…
— Я… Я постараюсь…
— Не бойся. Просто помоги мне расслабиться.
И смотрит в глаза. Так пристально, так глубоко, так завораживающе. Что не могу отказать.
Не могу и не хочу.
Киваю, облизывая пересохшие губы.
— Лера, не др-р-разни. До твоего ротика мы доберемся позже.
Майский оттягивает меня за волосы назад, заставляя прогнуться в спине, и жадно целует шею, скулы, прикусывает подбородок, добирается до рта и снова впивается в него, унося меня в эротические дали.
Как избавляет от футболки, не замечаю. Зато отлично ощущаю, как мою ладонь перехватывают и опускают на горячий и очень твёрдый… член. Поверх моей руки ложится крепкая мужская и показывает, что нужно делать.
Игнат заставляет сжать пальцы в кольцо и водить вверх-вниз. Сильнее. Снова вверх-вниз.
Со всхлипом разрываю поцелуй, чтобы видеть то, что мне предлагают.
Крупный ствол, почти прозрачная тонкая кожа, через которую видны выпуклые вены, проходящие вдоль него, бордовая налитая головка с каплей предсемени. Он пульсирует у меня в руке. Толстый, кончики пальцев только-только касаются друг друга.
Не могу оторвать взгляда, разглядываю его во все глаза. Красивый, хоть и большой.
Что будет, когда он захочет взять меня по-настоящему, не знаю и не пытаюсь анализировать, пока просто любуюсь.
Игнат откидывается на локтях немного назад. В глазах поволока, но следит за мной внимательно.
— Еще сильнее. — отдает чёткую команду хриплым голосом.
Делаю, как говорит. Большим пальцем размазываю по головке выступившую каплю. Мутноватая, она действует на меня завораживающе. Хочется нагнуться и попробовать.
Обалдеваю от собственных мыслей и желаний.
— Умница… Хорошо… — Игнат дышит глубоко и часто.
Действия собственной руки завораживают. Второй касаюсь мошонки, проводя по ней пальчиками и ощущая тонкую, нежную кожу. Мужчина напрягается сильнее, а член в ладони, кажется становится еще больше. Головка темнеет. Опять потираю её большим пальцем, немного надавив, и Игнат со стоном выгибается, запрокидывая голову назад.
А мне на грудь и живот выстреливает его семя.
Вау!
Дергаюсь в первый момент от неожиданности, но Майский тут же улавливает это и, зажав мою руку, еще пару раз проводит с силой по члену. Словно выдаивает его до конца, и только потом отпускает.
Смотрю, как заворожённая то на своё перепачканное тело, то на мужчину, что нисколько не стесняется.
