Скорбная пауза дней тянулась очень долго. Первый день, второй, а потом и девятый, когда нужно было снова созвать всех родственников и слушать заунывную песнь слов о хорошем человеке. Кате с самого утра нездоровилось, болела голова, першило в горле, а ещё предстоял целый день и вечер, окрашенные в траурные тона. Женщина вздохнула, встала с кровати и пошла на кухню. Нужно было начинать готовить, чтобы успеть к вечеру.
Она взяла телефон и обнаружила сообщение от Юры:
«Катёнок, ничего не готовь. Я заказал столик в кафешке напротив нашего дома. В шесть приеду, а к семи зови всех туда. Адрес на их визитке. Она на кухонном столе.»
«Катёнок» именно через букву «а» – это её давно забытое прозвище, его придумал Юра в самом начале знакомства, как он говорил это союз Кати и котёнка. Тогда было славное время, они постоянно смеялись, шутили, любили друг друга. А потом пошло что-то не так. После провала бизнеса Юра словно потерял точку опоры, а Катя не сумела помочь подняться, потому что нужно было заботиться о детях, отце, об оплате счетов. И их любовь испарилась, осталась только показная семейная жизнь.
Хотя сейчас Катя вспоминала, что Юра сразу после свадьбы стал несколько жёстче. Он умудрился разогнать всех подруг, одно время даже хотел выселить её отца на дачу, но Катя дала резкий отпор, и он отступил. Вдруг женщина осеклась, потому что ей показалось эгоистичным в девятый день, когда не стало отца снова копаться в прошлом своих отношений. Повертев в руках визитку, она подумала, что даже небольшое застолье обойдётся недёшево. Отец, конечно, оставил деньги на свои похороны, Екатерина знала, где они лежат, но там хватило только на приличную церемонию и ритуальные принадлежности, и то пришлось занимать у Вики.
Но позвонить сейчас мужу и спросить, как оплатить стол в кафе, Катя не могла. Просто не было сил спорить и ссориться, а то что этот разговор закончится именно так, она не сомневалась. Юра всегда был слегка легкомысленный, он любил делать широкие жесты, не думая о последствиях. Сейчас он, конечно, заказал стол из лучших побуждений, а Кате хотелось сохранить тот хрупкий мир, который возник после смерти отца. Набрав номер телефона, женщина дождалась, пока ей ответят и сказала:
– Простите, сегодня мы должны прийти на поминки. Муж не успел мне сказать сумму счёта, мне нужно не забыть деньги. – На ходу придумывала она.
– Екатерина Вельга? – спросила девушка.
– Верно.
– А всё оплачено. Ваш муж с утра и заказ сразу сделал и всё оплатил. Не думаю, что нужны будут дополнительные расходы. Блюд достаточно, по напиткам мы с ним прошлись, и я думаю, этого хватит.
– Спасибо. – ошарашенная Катя повесила трубку.
Катя, не привыкшая сидеть без дела, встала и начала машинально убираться. Она складывала детскую одежду, заправляла кровать Зои, вчера первый день пошедшую в детский сад после болезни, подметала пол, но в голове занозой застряла мысль «что происходит?». Как в дурном сне она вспоминала дни и ночи, когда она билась в бессмысленной попытке заработать денег, поддержать Юру, не упустить сына подростка и не оставить вниманием маленькую дочь. А сейчас вдруг всё встало на свои места. Юра вчера даже уроки делал с Антоном, а с Зоей полвечера склеивал модель кукольного дома и самое странное из всего этого то, что Кате было хорошо. И если бы папа сейчас был жив, то впервые за долгое время она могла бы сказать, что счастлива.
День перевалил далеко за полдень, солнце разогрело воздух, и в открытые окна летела апрельское тепло. Катя навела порядок, подумала, что с завтрашнего дня нужно начать искать работу, потому что ей вряд ли хватит денег ещё на две недели. Она выбрала из шкафа тёмную блузку, чёрную юбку и платок, как вдруг в коридоре хлопнула дверь. Катя побежала навстречу и испуганно отступила. В проёме стоял незнакомый мужчина. Не зная что сказать, она лишь кивнула и спросила осипшим в момент голосом:
– А вы кто?
– Здрасьте. – проговорил мужчина.
– Толян, погоди. Да куда я её сунул-то?
К Катиному облегчению из кухни донёсся голос мужа, а потом появился и он сам.
– Привет, Катюш. – он махнул ей рукой и передал синюю папку человеку, стоявшему со смущённым видом. – Держи! Ну что, останусь? Не против?
– Конечно, Юр. Такое дело. – мужчина неловко кивнул Кате и сказал. – Вы держитесь, мои соболезнования.
– Спасибо. – машинально ответила женщина.
Когда Юра закрыл за ним дверь, он вздохнул и, повернувшись, к жене слегка улыбнулся.
– Толя это… ну, потом познакомлю. – он пригласил её на кухню. – Пойдём, поговорим. А то я Антошке обещал забрать его из школы.
Он усадил женщину перед собой, провёл по лицу рукой и сказал:
