– Они что, вдвоём всё делают? – удивлённо спросила Юля.
– Да нет, конечно, – хозяйка дома покачала головой. – Вдвоём не угнаться за всем хозяйством. Работники есть.
Ярослав с Матвеем шумно ввалились на кухню, из сумок на стол перекочёвывали банки с мёдом, сырные круги, вяленое мясо и другие свёртки, содержимое которых было не разглядеть. Юля молча смотрела, как Алла Дементьева накрывает на стол, а Ярослав вдруг подсел к ней, положил большую рыжую голову на руку и стал рассматривать Юлю.
– Вы почему такая печальная? Я вас обидел?
– Нет. – девушка покачала головой.
– А хотите на собаках покататься? Мы вас вмиг до нашей фермы домчим.
– Нет, я, наверное, не большой любитель экстрима. – покачала головой Юля.
– А вы давно здесь? – мужчина принял от матери большую пол-литровую чашку с кофе и, поймав руку пожилой женщины, прижался щекой.
– Две недели. Но я скоро уезжаю. – Юля подцепила чайной ложкой янтарный перелив мёда и, отправив его в рот, зажмурилась. – Вкусно как.
– Поехали на ферму. – улыбаясь синим льном глаз, проговорил Ярик. – Тебе нужно там обязательно всё посмотреть, и возможно, ты захочешь остаться.
– Не захочу. – покачала Юля головой. – Спасибо. За завтрак спасибо и за компанию.
Вдруг в дом вбежал возбуждённый Матвейка, он быстро крикнул, что собаки порвали сетку, и побежал обратно во двор. Ярик мотнул головой и кинулся за сыном. А Юля, воспользовавшись моментом, встала из-за стола и, подобрав лежащую рядом куртку, проговорила:
– Алла Дементьевна, я пойду погуляю.
– Ты не сердись на него. Ну такой вот человек, открытая душа. На ферме Светланка работает, так уж как она его не обхаживала, да и женой бы ему была под стать. А он нет, и всё. Не люблю, говорит, мама. Не могу я без любви с ней жить. – вздохнула Алла.
Девушка поспешила покинуть дом, Юле не хотелось сталкиваться с мужчиной и его личными неразрешёнными проблемами, у неё и своих было полно́. Она привычно спустилась к берегу, но подумала, что здесь сегодня слишком многолюдно. Люди сушили лодки, латали прохудившиеся доски, уже стали собираться первые туристы, и этот уголок спокойствия перестал принадлежать только ей. Юля вздохнула, взобралась на высокий скалистый склон и побрела по тропинке, оглядывая позолоченные солнцем воды Байкала.
Забравшись уже довольно далеко, Юля увидела, как с западной стороны теснясь набегают тучи, и решила, что нужно возвращаться, тем более что жизнерадостный Ярик наверняка уже укатил на свою ферму. Вдруг Юля вспомнила, что Мила просила фотографии, а так как девушка чувствовала себя слегка виноватой, она решила хотя бы так сгладить ситуацию.
Увлёкшись селфи, Юля щёлкала себя, красоты, ловила удачные фоны близкой грозы и, становящиеся мрачными, воды озера. Она немного покривлялась на камеру, её это даже развеселило, и девушка была готова вернуться домой. Она решила, что сто́ит завершить фотосессию эффектным селфи, где позади неё будут разверзаться небеса, тем более что уже стали видны молнии и синие ливневые полосы. Юля подошла близко к крошащемуся краю обрыва, удобно встала, проверила, удержится ли она и, убедившись в собственной безопасности, стала ловить удачный кадр. Но резкий порыв ветра, хлёсткий удар шарфа по лицу и Юля лишь на секунду потеряла равновесие, а дальше нога предательски начала ехать по склону, и у девушки буквально оборвалось сердце. Она отчаянно цеплялась за сыплющуюся землю, но пальцы проскальзывали мимо, подошвы ног безуспешно искали опору, и через секунду Юля летела в самую сердцевину нагромождённых камней, торчащих как кривые зубья, которые жадно облизывали злые волны в ожидании очередной жертвы.
***
Солнечные пляжи, прекрасное солёное море, огромный белоснежный отель, всё это осталось позади, сегодня Катя с детьми вылетала обратно домой. Она провела пять чудесных дней, дрызгалась с детьми в бассейне, а потом отважилась даже на короткий заплыв в холодном море, Катя пропитывалась ласковым солнцем и потихоньку приходила в себя. Как хорошо было снова чувствовать себя любимой, отдохнувшей и просто женщиной, а не ломовой лошадью с суточной загруженностью.
Их рейс прибывал в Москву ближе к вечеру. В столице было пасмурно и уже из иллюминатора самолёта было видно, что город поливает дождь. Катя вздохнула, подумала о том, что хорошо бы как-нибудь слетать на отдых вместе с Юрой и набрала его номер, когда разрешили пользоваться мобильниками, но аппарат мужа был недоступен. Катя не огорчилась, потому что они уже списывались днём, и он обещал приехать их встречать.
Мягкая посадка. Толчея на выходе, расшумевшиеся дети, приём багажа в зоне прилёта – всё это смазало временны́е границы, и Катя опомнилась, только когда они остались одни, а все остальные пассажиры разбрелись. Женщина набрала номер телефона, но Юра не отвечал, а если учесть, что она потратила все деньги, то добираться было не на чем. В растерянности она позвонила Вике, и та скомандовала взять такси и ехать к ней, а возле дома подруга оплатит поездку.
