Водитель наклонился ближе к пешеходу, вынуждая его закрываться и отодвигаться, насколько возможно, от возникшего стойкого запаха алкоголя. Парень грубо прошипел слова на ухо обездвиженному человеку. После этого он отодвинулся от мальчишки и, отпустив воротник куртки с одной стороны, опустил вниз руку, которую вмиг сжал в кулак до состояния белых костяшек, и что есть силы занес его в живот обездвиженной жертвы. Пешеход не сразу осознал, что именно заставило его сложиться пополам, вернее, постараться это сделать, чтобы заглушить внезапно возникшую тупую боль.
— Куда, — со злобой прошипел подвыпивший человек на попытку пешехода уйти от ослабленной хватки и склониться вниз, — мы только начали…
С этими словами парень начал расстёгивать молнию на бежевой куртке, умело спуская бегунок вниз.
Осмотрев студенческую форму, он довольно ухмыльнулся:
— Я же говорил, что не ошибся, — прошипел парень, не меняя гневной интонации. За этими словами снова последовал удар, чуть выше, возле небольшой выемки, образованной рёбрами.
Эта атака была ожидаемой, поэтому пешеход заранее крепко сцепил зубы, чтобы не закричать. Хотя обрушившийся удар, вопреки подготовке, вынудил подростка выпустить со свистом весь оставшийся в груди воздух и сильно зажмурить глаза, искажая молодое лицо множеством морщин.
— Что притих? — поинтересовался нападавший, переместив ладонь с куртки на шею, ранее неплотно прикрытую одеждой. — Сказать нечего?
Мужчина сильнее сдавил тонкое горло, не позволив заключенному после удара вновь вдохнуть воздух.
— Не можешь… — заключил нападающий, что внимательно наблюдал за действиями подростка и попытками сделать жизненно необходимый вдох, из-за чего крылья носа предательски раздувались. — Ну, мне не надо, чтобы ты отключился.
С этими словами парень снова переместил руки на одежду и быстро опрокинул пешехода на влажный, от редких капель дождя, асфальт.
Подросток автоматически поставил перед собой руки, чем и смягчил быстрое падение. Оно стоило ему ободранного предплечья и сбитых под тёмными штанами колен, из-за чего сквозь ткань помимо жжения начали поступать небольшие тёмные капли.
— Неприятно? — крича, заявил молодой человек и подошёл ближе к лежащему подростку, при этом разведя руки в стороны от бессилия, — мне тоже было очень неприятно.
Парень поравнялся с пешеходом и, вновь удерживая последнего позади за горло, не дал отстраниться или нанести ответный удар. Он присел рядом со своей жертвой на корточки, продолжая удерживать подростка в одном положении с опущенной к влажному асфальту головой, на которой редкий дождь успел оставить небольшие прозрачные капли.
— Когда вы сбивали мои поставки — я терпел, — быстро, со злобой произнёс нападавший, при этом сильнее сжимал шею и вынуждал подростка предпринимать попытки скинуть чужую руку. — Когда мешали моим людям работать — я молчал, но когда… твои старшие коллеги оборвали путь поставки, у меня не хватило терпения, — теперь открыто с презрением выплюнул он. — Представляешь?
Молодой человек обратился к обездвиженному противнику возле своих ног. Он поднял подростка за шею, вынудив последнего опереться руками на влажный асфальт.
— И ты в будущем станешь таким же, — ядовито прошипел он и теперь отпустил пешехода, резко откинув его к земле.
Молодой человек быстро поднялся. Он снова постарался вернуть себе самообладание, что сильно пошатнулось от количества употребленного алкоголя. Парень растер красноватое лицо ладонями, а после завел их за голову, сбивая с тёмных влажных волос мелкие капли дождя.
Подросток воспользовался этим замешательством и постарался отодвинуться от противника. С трудом нащупал небольшое возвышение, что оказалось шиной припаркованной иномарки. Пешеход постарался крепче за неё ухватиться и подняться на ноги, чтобы суметь дать отпор пьяному водиле.
— Достал, — со злобой произнёс нападавший, что заметил попытки подростка подняться с земли.
Он с ноги ударил пешехода в живот, чем предотвратил попытку сбежать, и заставил его сжаться на земле от боли, крепко прижимая руки к пострадавшему телу.
— Я ещё не закончил, — заявил молодой человек, что бросил попытки разобраться со своим шатким состоянием и отдал контроль над телом гуляющему по организму спиртному напитку.
Взор помутился, и последнее, что водитель видел чётко — скрученный перед его ногами клубок, который он подобно мягком мотку ниток бил без разбора. Не имело значения, куда и с какой силой. Он ощущал под тёмными ботинками ненавистную преграду, и другое просто прекращало существовать.
Сложно сказать, сколько это продолжалось, и когда именно тело ощутило предательскую слабость. После продолжительной борьбы или после возникновения нового шума и шагов позади.
— Стас, хватит, — послышался знакомый басистый голос, а после надёжные руки обхватили водителя и оттащили от скрученной под его ногами жертвы. — Ты ведь не хочешь его убить.
Вразумительно заявил новоприбывший мужчина. Он оттолкнул товарища подальше от тёмной машины, ближе к зелёной влажной траве.
