— Кто это? — поинтересовался незнакомец средних лет, что перевёл взгляд на пострадавшего человека, который все ещё находился в согнутом состоянии, надёжно защищая голову, обхватив её руками и прижав ближе к телу.
— Давлат, — теперь больше растерянно говорил пьяный человек, у которого действие алкоголя ослабло, и ясное сознание постепенно начало возвращаться в ослабевшее тело, — я не знаю.
Парень подошёл к тёмной машине и оперся на неё. Он снова принялся растирать глаза и вскоре обратил внимание на лежащего на земле пешехода.
— Он меня вытащил из машины, — пояснил уставший от долгого поколачивания парень, припоминая мутные и не очень разборчивые кадры, — и кричал.
Ещё более неуверенно произнёс водила, не в силах вспомнить, что именно говорил подросток, пока имел такую возможность.
— Он старался привести тебя в чувства, — пояснил Давлат, намного старше подопечного, о чем говорили тонкие морщины у глаз и рта и небольшая щетина с опущенной, аккуратной, бородой и усами, — ты ведь пьян.
Высокий мужчина в трезвом состоянии подошёл к пострадавшему и присел рядом с ним. Давлат предпринял попытку убрать руки, что с виду надёжно защищали голову. Однако это было только с виду, ведь после прекратившихся побоев молодое тело сразу ослабло, но осталось находиться в прежнем положении, все ещё защищая сильно пострадавший организм.
— Стас, это не повод его избивать, — вскоре мужчина продолжил отчитывать своего подопечного. — Отец велел мне тебя защищать.
— Я знаю, — виновато признал молодой человек, не желая возражать своему надсмотрщику, по совместительству и надёжному другу, — просто известие о «разрушенном пути» вывело меня из себя. Ты ведь знаешь, с каким трудом папа их налаживал, а этот… — парень сильнее зажмурился, стараясь вспомнить ненавистную ему фамилию. Спустя время он широко открыл глаза, видно, вспомнив желаемое, — Ширяев…не даёт мне покоя с момента прихода к власти.
Пока молодой человек оправдывался, его надсмотрщик осмотрел пострадавшего пешехода. Оценил полученные побои и возможные сложности, что за ними последуют.
Закончив осмотр тела, Давлат оглянулся по сторонам, будто искал недостающий фрагмент, что непременно должен быть у студента, идущего с учебного заведения.
— Давлат, что-то не так? — с опасением поинтересовался молодой парень. Теперь он говорил более чем внятно, видно вовсе позабыв о циркулирующем в его крови алкоголе.
— Он студент…
Заявил взрослый человек и, облокотившись на одно колено, поднялся. Мужчина снова бросил косой взгляд на знакомое лицо подростка, чьи светлые волосы теперь вовсе не были такими из-за осевшей на них грязи и слипшихся, подобно сосулькам, прядей.
— Да, я тоже это заметил, но что здесь такого? — невинно и совершенно беззаботно говорил молодой человек. — Договоримся, как обычно.
Пока парень излагал привычный план действий, который выполняют после подобных инцидентов, Давлат отыскал недостающий фрагмент. Он прошёл к влажной траве и поднял промокший тряпичный рюкзак, что лежал далеко от места ДТП, видно, выброшенный хозяином в спешке.
— Предложим денег за молчание… — продолжат свои рассуждения парень, вовсе не обращая внимания на возню напарника позади.
— Не в этот раз, — перебил его Давлат, чем и привлёк к себе внимание.
Мужчина прошёл к подопечному и встал напротив него, при этом крепко сжимал в одной руке промокший рюкзак, а в другой небольшую пластиковую бумажку.
— У нас проблемы, — заявил Давлат, и поднял студенческий билет, на котором большими буквами была написана фамилия, а под ней, шрифтом поменьше, расшифрованные инициалы: «Ширяев Бенджамин Юрьевич».
Парень с трудом прочитал буквы, что расплывались у него перед глазами. Из-за этого он сильно жмурился и всячески напрягал расфокусированное зрение.
— В следующий раз, — убрав от лица подопечного проклятую пластинку, заявил Давлат. При этом говорил так, будто для молодого человека подобные выходки были в порядке вещей, — когда надумаешь избить человека, узнай его личность и контактные данные.
— Я не жалею об этом, — без тени сомнения заявил подвыпивший человек, — могу ещё добавить этому сучьему отпрыску.
— Стас, нет, — заметив попытки подопечного вернуться к своему занятию, Давлат остановил его, оттолкнув обратно к машине. — Ты его видел… — мужчина отступил и, протянув руку, указал в сторону человека, сейчас находившегося в бессознательном состоянии. — На нем живого места нет. Ты же не хочешь его убить?
Эта задумка показалась Стасу интересной, что было заметно по его довольной роже, которую исказила кривая ухмылка.
— Заманчивое предложение, — заявил Станислав, он встал с машины и прошёл мимо своего надсмотрщика. Парень остановился напротив обессиленного подростка. Немного посмотрев на него, он пнул его ногой, вынуждая выпрямиться со сжатой позиции, что ему и удалось, — но не так быстро.
***
11 часов назад, утро.
Подросток медленно спускался по ступенькам, на ощупь ставя ноги, так как глаза все ещё настойчиво не соглашались открыться после четырёхчасового сна.
