Сломленные полностью

Убирайся.

«Слабак».

— И кто из нас монстр? — Эрик встал рядом, рассматривая пустырь. — Иногда мне кажется, что тот мальчишка, засыпающий с книгой в руках, просто сон. Его никогда не существовало.

Конрад не ответил.

— Нашел поселение?

Эрик кивнул.

— Да, но там нет воинов. Женщины и дети. Напуганные.

— Веди, — коротко бросил Конрад.

… Эльфийка даже не вскрикнула, когда клинок пробил ее грудь. Она рухнула на землю — к остальным мертвецам.

— Еще раз повторю: вы видели здесь человека в шляпе? — Конрад вытер лезвие о край плаща. — Переводи.

Эрик слово в слово повторил вопрос. Никто из местных все равно не понимал, о чем идет речь. Конрад терял терпение. А еще он замечал в поведении Эрика недовольство. Бывший капитан заставлял себя разговаривать с эльфами. Ферксиец склонил голову набок. Со времен Фоуста Мясник сильно изменился. Почему Сестры и Видящая закрывают на это глаза? Его выходки с Ангельским мхом докучали не меньше, чем шпионские сети по всему континенту. Связь с Посредником — последняя капля. Что задумал этот безумец?

«Но ты спас его».

Конрад небрежно взмахнул рукой — эльф с рассеченным лицом упал навзничь, прямо на руки завопившим собратьям. Хватит марать клинок о невежественных дикарей.

— Iga! — закричал мальчишка, выбежавший из толпы. Мать тотчас схватила его за руку и прижала к себе. — Iga! — хныкал он. — No`va Iga.

— Что это значит?

— Забава, мишень, охотничьи угодья, — угрюмо ответил Эрик. — У слова много значений. Предположу, что Посредник тут был. Его посчитали чем-то вроде ритуальной жертвы для богини.

— Asha murda`yo (Аша пожрет ваши души), — злобно прошипела эльфийка. — Muni`amo, mon`kii (Ее оружие испепелит человечество).

— О чем бормочет эта тварь?

— Пойдем, Конрад. — Эрик положил ему на плечо руку. — Незачем лишать жизни и их.

Конрад повел плечом и оттолкнул товарища в сторону.

— Нет, я хочу знать. Я слышу угрозу.

Эрик вздохнул.

— Аша заберет наши души. Ее древнее оружие истребит всех людей.

— Оружие?

— Дикие эльфы обычно кладут его на алтарь богов. В храмах.

— Вот как. Стало быть, Посредника идет за этим самым оружием. Расспроси про него.

— Я…

— Давай, — громко произнес Конрад. — Иначе в лесу станет на одно кладбище больше.

Эрик почтительно склонил голову, извиняясь за убийство. Он не закончил говорить, как его прервал старец. Эльф вышел вперед. Сухой, без ноги, с толстой веткой для опоры. Дикарь заговорил — на ферксийском.

— Вы убили всех мужчин. Убили будущее племени. Зачем нам говорить про оружие богини?

— Чтобы спасти жизни женщин и детей! — не выдержав, выкрикнул Эрик. — Прошу вас.

Эльф прищурился.

— Я помню армию. Помню империю, стершую с лица земли Леадор. И вот что с нами стало. — Он горестно усмехнулся. — Поклоняемся тьме, потому что свет нас оставил. Оружие проклятого бога неподвластно ни одному смертному. Оно пожрет ваши души, подчинит себе, но вы и так прокляты. Да и души ваши давно прогнили.

Конрад резко вытащил меч и приставил кончик к лицу старца.

— Кто ты такой?

Эльф бесстрашно взглянул смерти в глаза.

— Я глас богов, я их око, я их чувства. Я знаю, что сейчас произойдет.

Ядовитое пламя окутало клинок; тьма сгустилась над эльфийской деревней.

— Стой, — зашептал Эрик. — Не делай этого. — Он попытался оттащить Конрада, но невидимая сила обожгла руки. — Ар-р-р, черт! Конрад, хватит!

— Давай, — с вызовом бросил эльф; ветер раздувал его седые пряди, — высвободи демона. Эгон ждет.

— Сто-о-ой!

Отчаянный крик Эрика поглотила буря. Два смертоносных смерча стерли с лица земли еще один реликт прошлого.

Перо скользит по пергаменту, выводит ферксийские символы. Кривые каракули, где нет ни капли изящества. Рука болит, пальцы не разгибаются от целого дня бессмысленной проволочки с приказами. Маркус с командирами слишком затягивают с назначением нового капитана. Адельмар Блэйк.

— Как же так вышло?… — шепчут губы. Хорошо, что рядом никого нет. Пустая комната в восточном крыле дворца. Проявление чувств, тем более от Стража, — непростительная слабость. Но как эти подонки осмелились замарать имя капитана? Неблагодарные сволочи! Блэйк был символом благородства, примером для других. Адельмара уважали даже генералы. А теперь его имя смешали с грязью, сделали крайним во всех прегрешениях. За что?

Перо разломилось пополам. Грязная клякса растеклась по бумаге.

Для чего все это заполнять? Лучше сразу казнить, чем заставлять гнить в одиночестве.

Через круглое и пыльное решетчатое оконце пробился лучик. Кружок света пестрит невзрачный серый жилет Стража с крестом на груди, золотит стол, падает на кипу книг, указывая на название одной из них.

«Imperial Venitus». Имперская истина. В академии приходилось зачитывать ее до дыр. Святой трон, даже детям читают ее вместо сказок перед сном. Мир сошел с ума.

Новое перо. Новый приказ. Луч тускнеет от безысходности, свет ускользает.

— Как и будущее…

Конрад.

Сложно писать. Мысли о друге не просто печалят, они ужасают. Дважды предать… Чтобы сказал отец? Может быть, назвал бы трусом?