Я отдала стакан Рони и огляделась вокруг. Тут были все, кроме бабули. Антон сидел в кресле напротив меня. Он тихонько улыбнулся мне и вскинул два пальца в воздух, приветствуя. Кирилл стоял рядом с подругой, обнимая ее за талию. Развернувшись в пол оборота, я увидела женщину, которой принадлежал тот голос. И действительно, они очень похожи с мамой. Она наткнулась на мой взгляд и вымученно улыбнулась. Женщина с усердием теребила края своей длинной юбки карандаш, расправляя неровности.
– Если ты не хочешь, чтобы я находилась здесь, то я уйду, – никогда мне не приходилось слышать столько отчаяния и грусти в чьих-то словах. Разве, что один раз.
– Спасибо, вам. Нет, я совсем не против, что вы здесь.
Я заново взглянула на ситуацию под другим углом, и удивилась, как раньше не замечала очевидного сходства. Она даже сидела так же, как мама.
– А я? Может, мне уйти?
Я мотнула головой в сторону. Во весь свой громадный рост, чуть поодаль стоял Илья. Тепло прилило к телу, к каждой частичке моего сознания. Неуклюже выбираясь из кучи одеял, я успела несколько раз споткнуться о вещи, пока бежала к другу. С разбега я прыгнула к нему в объятия, хватаясь за шею. Илья вовремя сообразил и подхватил меня руками, прижав к себе.
Я вновь почувствовала себя в безопасности. Крепко хватаясь за него, я глубоко вдохнула знакомый парфюм и растворилась в нежности момента. Глаза вновь наполнились слезами. Я уже устала плакать, но мои щеки еще быстрее увлажнялись лишь о мысли, что сейчас меня обнимает и прижимает к себе крепко-крепко человек, испытывающий ко мне всю гамму возможных чувств.
– Так, это да или нет?
– Прекрати, ты знаешь, что это означает, – шмыгая носом, пробубнила я в его грудь.
– Хорошо, – Илья рассмеялся своим глубоким и искренним смехом. Грудная клетка почти разрывалась от его смешков. А сердце билось так ровно и ритмично, несмотря ни на что. – Кажется, мы это уже проходили. Ты опять слюнявишь мою футболку. Ну-ка, посмотри на меня, обезьянка, – как сильно бы мне не хотелось его убить, я испытывала к нему слишком глубокие чувства.
– Я ее не слюнявила, всего-то мокрое пятнышко.
– Соленое мокрое пятнышко, – подкинув меня чуть выше, Илья крепче прижал к себе мои бедра. Пальцем левой руки заботливо смахнул скатывающуюся слезинку по моей щеке.
– Спасибо, что рядом, – почти хныкая, провыла я, вновь утыкаясь в его футболку.
***
После похорон прошло несколько дней. В жизни вновь появилась повседневная ничем не сглаженная рутина. Вновь школа, работа, друзья и дом. Пару раз мы собирались у меня дома и смотрели фильмы. Ребята чувствовали, что мне нужна поддержка, и они были рядом. Смерть Богдана почти не обсуждалась, лишь изредка его имя проскальзывало в разговорах. Я тепло улыбалась, будто ничего смертельного не произошло, и старалась поскорее перевести тему. Все же рана от потери еще совсем свежая. У меня не было возможности с ним попрощаться, потому что хоронили в закрытом гробу. Для этого не было никаких оснований, но меня никто не спрашивал. Особенно в первый день после случившегося, я чувствовала себя одинокой и подавленной.
Еще один факт, который поверг меня в шок это то, что во время захоронения не было его родственников. Присутствовал самый узкий круг его знакомых и мы все. Странно, учитывая то, что Богдан не был похож на человека, который имеет мало друзей.
Удивительно, но буквально вчера на этой кухне, я по душам болтала со своей бабушкой. Владлена Игоревна рассказывала все, что помнила из детства моей матери. Она оказалась очень даже милой и заботливой. Наконец-то я смогла узнать все, что происходило после моей отключки в том подвале. Я почти ликовала, когда мне сообщили, что этот тип не получил ни копейки. Вместе с выкупом мои близкие друзья и Владлена Игоревна привезли с собой наряд сотрудников полиции. Было странно слышать, что меня нашел именно Кирилл. Но она объяснила все тем, что у него есть кое-какие знакомые, которые с легкостью пробили мое местоположение по номеру телефона Богдана.
Холодность и отстраненность присутствовали на протяжении всего разговора, иногда возникали неловкие паузы, но, ни одна из нас не была этим расстроена. Мы еще чужие друг другу люди. Понадобится какое-то количество времени, чтобы узнать друг друга лучше.
Я прибиралась в доме, чтобы прогнать тоску прочь, и хоть как-то занять свои мысли чем-то полезным. Музыку я специально сделала чуть громче. Даже подпевала, когда попадались классные песни. Двигаясь в такт ритму, я буквально порхала по кухне с тряпкой в руках. Все блестело до неузнаваемости, мама бы гордилась мной.
В дверь позвонили, когда я вытирала руки полотенцем, полностью закончив всю уборку.
– Сейчас, подождите минуту, – крикнула я, на ходу поправляя свой неряшливый хвост и испачканную майку.
Это был Кирилл:
– Привет, хорошо выглядишь. Ты сейчас занята?
Кир зачесал пятерней волосы назад, почесал локоть и улыбнулся мне, пару раз сменив позу. Ничего не менялось, этот парень был всегда при параде. Он выглядел свежим, отдохнувшим и в хорошем настроении.
