Бормотания в голове стихли. Лисандра выдохнула с облегчением. Она с интересом продолжала смотреть на двух непохожих друг на друга людей. Старший выглядел опасным, а мальчишка станет еще опаснее через несколько лет. Его душа сияет как маяк в тумане.
«Люди — самый непонятный народ на континенте».
— Я дома! — выкрикнул Неас, закрыв за собой дверь.
Ответа он не услышал.
— Отец? — вновь повторил мальчик. Тяжелый мешок сильно натирал плечо, поэтому он бросил его прямо в прихожей. — Ты дома?
Неаса встретил свист ветра через открытое окно и шуршащая дробь дождевых капель. Он прошелся по всем комнатам первого этажа от кухни до гостиной. «Снова засиделся в мастерской». Неасу частенько приходилось вытаскивать протестующего отца из его личной комнаты, где он любил устраивать опыты и заниматься Асмодей его знает чем.
Неас поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж. Темным-темно. Он подошел к подсвечнику и понял, что к свечам уже пару дней не прикасались. Мальчик насторожился: не очень-то похоже на отца. Лишь в самой дальней комнате из-за закрытой двери проглядывал тусклый свет.
Костяшкой пальца он несколько раз стукнул по дереву. Никто не ответил. Неас припал ухом к двери и уловил неясное бормотание.
«Да неужели!».
Неас ворвался в мастерскую. Он уже успел придумать гневную тираду, пока проворачивал ручку.
— Да сколько…можно, — уже полушепотом произнес Неас, ворвавшись к отцу.
Арип сидел за столом перед кучей книг и свитков. Взъерошенный, уставший, с трехдневной щетиной он судорожно листал страницу за страницей одной рукописи и не обращал внимания на сына, пока тот громко не произнес:
— Па-а-п?
Арип повернул голову. Неаса охватило беспокойство, когда они встретились взглядам. Ясно, как день, что отец не спал уже больше двух дней! Арип натянуто улыбнулся.
— Неас, ты уже вернулся. Не слышал, как ты вошел.
— Да это не удивительно. Что ты делаешь? — Неас подошел к стопке пожелтевших книг. Проведя рукой по пыльной обложке, он увидел название: «Kaiel an Skynum». — Война в Небесах, — перевел он.
— Возникли… — Арип пытался подобрать слово, — трудности. Тебе не стоит беспокоиться.
— Ложь от правды я уже могу отличить, — возразил Неас, заметив в руках отца свиток с эльфийскими рунами. Название удивило не меньше, чем удручающий вид человека перед ним. — Построение порталов, серьезно? С каких пор мы хотим убежать?
Арип вернулся к работе, будто Неас спрашивал о пустяках.
— Вэл совершенно точно сказал, что докучать мне после вашей бездумной вылазки не нужно. — Его полностью поглотили древние тексты. — Особенно сейчас.
Неас нахмурился. Он еще ни разу не видел отца таким напуганным и суетливым. Что же случилось, пока он отсутствовал?
Размышления мальчика прервал стук в дверь. Громкий, тяжелый, яростный, словно удар тарана о крепостные ворота. Так стучат те, кто хочет показать силу и превосходство. Так ломятся в дом ферксийцы.
Арип затрясся, как в лихорадке, растерянность и паника отразились на замученном лице.
— Нет, — прошептал он. — Почему? Почему так рано? Неас! — Арип вскочил с кресла и бросился к сыну. — Что бы ни случилось, — он обхватил голову сына руками, — я тебя не брошу.
Неас пребывал в замешательстве. Мысли смешивались в голове, превращаясь в кашу. Он и глазом моргнуть не успел, как оказался в прихожей, где на пороге стояли трое ферксийцев. Самый молодой из них — воин, лет двадцати пяти, в парадных черных доспехах с гербом империи на груди — бесцеремонно вошел в дом. Полный презрения взгляд плавно скользил по небогатой обстановке, пока не остановился на Арипе и его сыне. Офицер щелкнул, и двое стражников мигом оказались возле него. Вода стекала с их волос и доспехов.
— Конрад, — процедил Арип
Офицер сардонически улыбнулся.
— Арип. — Он надменно окинул взглядом мальчика. — А ты, видимо, Неас.
Кроваво-красный плащ, по всей видимости, должен вселять ужас. Неас же почувствовал жгучую ненависть.
Арип встал между сыном и Конрадом.
— Что тебе нужно? Реймонд же дал мне время.
Конрад сложил руки за спиной и вплотную подошел к Арипу. Ферксийцу пришлось задрать голову, чтобы видеть глаза собеседника.
— Видишь ли, — на Арипа взирали две узкие щелочки, — командира Реймонда вызвали в столицу. Теперь я тут главный. — Конрад снял латную перчатку с руки и похлопал гладкой ладонью Арипа по груди.
Арип не захотел увидеть намека и схватил ферксийца за тонкую кисть. Лицо Конрада скривилось от боли, но он продолжил говорить:
— Ты ничего мне не сделаешь. Сломаешь руку, отправишься на плаху. Хотя нет, — Конрад перевел взгляд на Неаса, — твой сын отправится, а ты будешь смотреть, как он в муках корчится от боли.
Ноздри Арипа раздувались от бушующей внутри ярости, брови сурово сошлись на переносице, рука, словно тиски сдавливала кисть Конрад, пока тот не испугался. Гнев Арипа стал осязаемым — даже ферксийцы прочувствовали холодок на спине. Но маг взял в себя в руки и оттолкнул офицера в сторону.
Конрад держался за онемевшую кисть, а стражники уже готовились броситься в драку.
