Неас сглотнул большой комок в горле и крепко стиснул странный предмет. Деревяшка жутко воняла тухлятиной.
Он дрожал и слушал, как палач разматывает плеть, как свинцовые шарики пугающе громко бьются друг об друга.
— Начинай! — прозвучал громкий голос Конрада. Капитан опустил в рот крупную ягоду и равнодушно махнул рукой.
Палач замахнулся и нанес первый удар по голой спине. Резкая боль скрутила все внутренности, удар, казалось, разрезал всю спину, словно клинок. Шарики врезались в гладкую кожу и оставили десятки синяков. Кости затрещали от поцелуя с металлом. Неас выгнулся, но деревяшку изо рта не выпустил. Он все еще стоял на своих двоих.
— Один! — прохрипел палач и снова нанес удар.
Второй взмах оставил еще одну кровавую полосу.
«О Фервус,…»
Слезы скопились в уголках глаз Неаса; он вгрызся в кожаную прокладку кляпа, с трудом сдержав стон. Ноги предательски подкосились.
— Два!
Третий удар слегка задел ребра, разрезав нежную кожу.
«Ветер мой друг…».
Кровь потоком полилась на землю под громкие крики жестоких ферксийцев. Кляп понемногу выпадал изо рта. Сквозь боль Неас посмотрел на трибуны. Жители отводили безучастные взгляды, а солдаты ухмылялись.
— Три!
Четвертый и пятый удары терзали плоть, прогрызая ее до мяса.
«Земля моя подруга…».
Кляп окончательно выпал, тягучая слюна медленно поползла по подбородку. После пятого удара Неас повис на цепях. Он не закричит, не закричит!
А потом пришла настоящая боль: плеть прошлась по открытым ранам. Неас до крови прикусил нижнюю губу, чтобы не заорать.
«Небо мои глаза!».
— Шесть!
Семь. На спине не осталось живого места; Неас висел на цепях, прожёвывая губу и силясь поднять голову на офицерскую свору. Грязные ногти уже сняли всю кожу с потных ладоней.
Восемь. Мальчик заметил Вэла. Наставник и друг жалостливо смотрит на него; он не в силах что-либо сделать.
Девять. Тонкий писк вырвался из груди, но ветер вовремя успел проглотить секундную слабость. Слезы превратились в кусочки льда и застыли на покрасневших щеках. Длинные черные пряди налипли на лицо, земля под ногами превратилась в кровавое болото.
Слышится последний взмах проклятой плетки, звон металла в ушах становится нестерпимым. Неас принимает последнюю каплю боли; чувства исчезли, словно тело лишилось мышц и костей.
— Десять! — кричит палач и срывает с головы колпак. Его лицо заливает горячий пот, он пытается отдышаться от проделанной работы.
Ферксиец подошел к Неасу и расстегнул оковы. Истерзанный мальчик рухнул на живот. Последнее, что он увидел — силуэт женщины. Она склонилась перед ним, прошептав несколько слов.
— Мама… — простонал Неас и провалился в забытье
Он справился и не закричал, так и не закричал.
****
