Полицейский удивился, почему его не тошнит, как обычно. Наверное, он просто стал ветераном. По словам коллег, постепенно человек закаляется, ужасы службы перестают его волновать. Молодой полицейский втайне полагал, что с ним такого никогда не произойдет. Прошлой зимой парень неделю не ходил на работу, сказавшись больным, — тогда они взломали дверь и обнаружили разложившееся тело престарелого пенсионера. Но теперь он смотрел на труп Шерон Палистер спокойно, даже не дрогнув.
— Твои слова могут быть использованы против тебя — не забывай об этом, Наташа.
Таша обливалась потом. Она-то думала, что та перепалка станет последней, и была полна решимости не говорить больше ни слова, потому что знала: пока она придерживается своей истории, с ней ничего не могут сделать.
Таша крепко спала, но ее разбудили, и она еще не до конца проснулась. В довершение ко всему Дженни и Кейт снова и снова повторяли одни и те же вопросы. Их смысл не сразу начал доходить до нее.
— Итак, повторяю вопрос еще раз. Сьюзи и есть та женщина, которой ты отдавала своих детей? Мы считаем именно ее организатором этого дела. У Керри Элстон мозгов бы не хватило самой до всего додуматься. Она такая же, как ты: жирная тупица, которую нужно вести по жизни за ручку. А те, кто организовал бизнес с детьми, знали, что делали. Думаю, смеялись над тобой у тебя за спиной. Ты ведь отдавала им детей по дешевке, знаешь об этом?
Наташа подавленно пробормотала:
— Я действительно не понимаю, о чем вы. Сьюзи просто моя подруга.
Все ее высокомерие улетучилось под этим непрекращающимся градом вопросов.
— Ты знаешь Шерон Палистер? — спросила Кейт.
Наташа пожала плечами:
— Ну да, знаю ее в лицо, но я с ней не знакома. А что?
— Сегодня ее нашли зверски убитой в своей квартире. Ее маленький сын пропал. Интересно, не замешана ли и ты в этом деле, ведь соседка видела, как вы разговаривали на прошлой неделе.
Эта новость совсем убила Наташу.
— Пожалуйста, приведите мне адвоката, — взмолилась она, вся позеленев от страха.
Голос Кейт смягчился:
— Не переживай, получишь ты адвоката. Что ты можешь сказать о Треворе Палистере? Он ведь тоже есть на этих фотографиях вместе с твоими детьми, так? Хорошие цветные фотографии. Кроме того, маленький мальчик, которого убили и выбросили на помойку, тоже есть на фотографиях. Мне кажется, на них есть очень много детей, которых ты знаешь и которых мы тоже должны знать, если эта мысль достаточно доступна для твоих куриных мозгов. Все ниточки выводят на тебя, Таша. Сьюзи отпустили, и теперь все указывает на тебя.
— Еще раз повторяю, инспектор Берроуз, я требую адвоката.
— Ты его получишь, когда мы посчитаем нужным, — нетерпеливо произнесла Дженни. — А теперь, черт возьми, отвечай на наши вопросы! Пропал ребенок, и мы должны знать, где он, мертв он или жив. Но у меня такое ощущение, что ты знаешь об этом больше, чем мы. Так о чем ты разговаривала с Шерон на прошлой неделе?
Наташа облизнула растрескавшиеся губы.
— Можно сигарету?
Дженни взглянула на Кейт, и та кивнула. Они смотрели, как Таша закуривает, видели ее трясущиеся руки и слышали нервный кашель. Похоже, известие о смерти Шерон Палистер сломило ее.
— Шерон делала то же, что и я, — одалживала своего ребенка. Тревору три года, он очень плаксивый и начал их доставать. Он очень агрессивный мальчик, в детском саду его собирались исключить за плохое поведение. Вот и все, о чем мы разговаривали, клянусь. Я только что родила ребенка, и Шерон меня спрашивала, как прошли роды. Нормальный женский треп.
— Нормальный женский треп? — взвилась Дженни. — Да разве нормальные женщины отдают своих детей — о, прошу прощения, одалживают! — так разве они одалживают своих детей педофилам? Кстати, о детях: тебе интересно, что с твоим новорожденным ребенком?
Наташа пожала плечами:
— С ним все нормально, Роберт позаботится об этом. Он хороший парень, все девушки любят его. Хоть он и педик, но по-настоящему любит детей и всегда старается им помочь.
— Раньше ты была о нем другого мнения. Он не очень-то тобой доволен, а?
Таша хмыкнула:
— Ну, на него иногда находит. Но он позаботится, чтобы с моими детьми все было нормально.
Такое безразличие возмутило Кейт.
— Я хочу, чтобы Роберт присутствовал, когда я даю показания. Я ведь нахожусь под надзором и могу попросить социального работника помочь мне, когда не понимаю вопросов, — сказала Таша с хитрым видом.
Кейт покачала головой и засмеялась:
— Ну ты и штучка, скажу я тебе. Тебе светит пятнадцать лет, а ты все еще находишь в себе силы шутить. Я тобой просто восхищаюсь. Ну разве это не восхитительно, а, Дженни?
Дженни кивнула и сказала со смехом:
— Я-то думала, ты будешь пытаться помочь себе, а не залезать все глубже в дерьмо. Но чего от тебя ожидать, с твоими-то мозгами.
Дженни подняла руку и начала загибать свои толстые пальцы:
