– Поаплодируйте те, кто сегодня видит здесь слона! (
– Вообще, наверное, это нормально, что мы не замечаем очевидное… Мы ведь всю историю ничего не замечали: крестовые походы, инквизиции, рабство… Наши прадеды газовые камеры не заметили, что уж от нас ожидать, да?! Атомные бомбардировки городов… Мы всю жизнь закрываем глаза, потому что боимся испортить зрение…
Тишина, а затем выкрик из зала: «Слушай, это же клуб комедии – ты начнешь уже шутить сегодня или нет?»
– Нет, не начну! – Я только скажу вам на прощанье, что концентрационный лагерь в самой большой стране мира тоже назывался «СЛОН»!
Выступив в тишине, Павел уходил за кулисы, но рук не опускал. Напротив, одну за другой он придумывал петиции в университете и (пока это еще было возможно) публиковал открытые письма. Павел организовывал дискуссионные клубы и приглашал известных коллег-ученых, которые, по его замыслу, должны были открыть глаза горожанам. Зря. Павел с удивлением констатировал, что, даже несмотря на слухи о первых смертях, люди продолжали воспринимать стоящих повсюду слонов как нечто совершенно нормальное. Число друзей и знакомых, которые больше не хотели тратить время на решение возникшего вдруг вопроса, росло. Уже в апреле в центре города были зафиксированы сразу несколько серьезных столкновений – сторонники новой нормальности атаковывали тех, кто все еще осмеливался говорить, что слонам здесь не место. В тех стычках досталось и Павлу – разгневанный водитель автобуса бросился на него.
Павел перекрыл дорогу в стремлении обратить внимание на проблему слонов, однако (
Уже в участке, оформляя протокол, полицейский подал ему бумажное полотенце и раздраженно спросил:
– Ну что, доигрался?!
– По-вашему, можно избивать человека только за пикет?
– А зачем ты дорогу перекрыл? Люди трудятся, кормят семьи, спешат на работу, а такие, как ты, садятся посреди проезжей части и мешают простому люду!
– А то, что слоны перекрывают дорогу, вам нормально?!
– Ну слоны же не понимают, что они делают, а ты-то умный!
Кинопродюсер
Предполагалось, что Павел проведет в участке как минимум ночь, однако приехавший отец Анны подарил стражам правопорядка несколько подписанных книг и был так великодушен, что даже согласился сфотографироваться. Книг Александра полицейские никогда не читали, однако часто видели его выступающим на политических шоу и говорящим что-то не совсем понятное, но убедительное и, кажется, умное.
Всю дорогу домой в машине, пока Александр молча наслаждался маневрированием между слонами и силой собственного авторитета, возбужденный и уставший от угроз Павел спорил с Анной, которая, казалось, была раздосадована его поведением.
– Зачем ты постоянно всех провоцируешь?
– В каком это смысле, милая?!
– Какой толк от твоей этой акции, если ты только и сделал, что напугал меня!
– Я не хотел пугать тебя, любимая, просто…
– Просто если бы не отец – ты бы провел в этом клоповнике всю ночь!
– Ну и ничего…
– Чего ты хочешь добиться?
– Вернуть слонов в их дом…
– Да мы даже не знаем, откуда они!
– И знать не хотим!
– Мне кажется, мы поступаем мудро. Пока ничего не ясно, мы адаптируемся, учимся кормить слонов, учимся убирать за ними и учимся быть рядом…
– Аня! Все это закончится катастрофой!
– Не сочиняй!
– Мы тратим так много усилий, чтобы адаптироваться к этой реальности, вместо того чтобы просто разобраться с ней!
– Ты так говоришь, как будто кто-то из нас не хочет или не пробовал!
– А ты пробовала?!
– Вообще-то не тебе мне указывать, что пробовать, а что нет! Думаешь, ты у нас единственный такой борец, который видит проблему?! Думаешь, что честны только те люди, которые продолжают все время кричать?! Вот сегодня ты уселся посреди дороги, хотя мог бы позвонить и спросить, как я, как мое настроение, как моя голова! И что? Что-то от этого изменилось? Слоны ушли? Не лучше ли было бы для наших отношений сегодня побыть со мной, а не со своими слонами?!
– Я считаю, что для наших отношений было бы лучше, если бы я оставался тем человеком, которого ты полюбила!
