Семейство Ху устроило Куйюаня в школу, он окончил девять классов и ни в чем не нуждался, вот только имя пока не «погасил», поэтому не мог получить причитавшуюся ему долю имущества и зажить своим домом. «Гасить имя» – официальная церемония принятия в род, которая обычно проводится после похорон названого отца. Старший в роду нараспев читает имена названого отца, названого деда и прадеда… Перечисляет имена всех известных предков по отцовской линии, поминает половину родословного древа. Гашение имени – залог того, что приемный сын продолжит дело своих новых предков, унаследует их добродетели и не унесет кровным родителям имущество, нажитое назваными. Деревенские верят, что имена (а тем более – имена умерших) наделены сверхъестественной силой, способной усмирять зло, оберегать потомство и наказывать нечестивцев. Куйюань рассказал, что приемная семья его живет богато, у них большой дом, много скотины, вот только старый Ху совсем не думает помирать – в восемьдесят семь лет выходит работать в поле, прошлой весной вроде слег, и мокротой кашлял, и кровью харкал, по всему было видно, что старик скоро отойдет, но он помирал, помирал, да так и не помер… Виданное ли дело? – таращился на меня Куйюань.
Он хотел сказать, что вынужден мыкаться без своей доли имущества до тех пор, пока ему не погасят имя. И его это очень огорчает.
Поэтому он решил не ждать у моря погоды, а ехать в город и пытаться самому устроить свою жизнь.
У моего приятеля была своя строительная бригада, которая часто нуждалась в рабочих руках. Я отправил туда Куйюаня вместе с его товарищем, рассудив, что там они смогут заработать и заодно освоить новое ремесло.
Но через несколько дней они со скорбными лицами объявились у меня на пороге и в один голос заявили, что работать на стройке не могут. Да, никак не могут.
– Что случилось?
– Да ничего.
– Улочная болезнь?
– У меня улочной болезни отродясь не было. Просто… спекся весь.
– На солнце спекся?
– Ну.
– А панаму надевал?
– Да какой от нее толк.
– А в деревне ты как не спекся? Мы в Мацяо каждый день на солнце работали.
– Я… в деревне и не работал никогда.
– А что же ты делал целыми днями?
– Да ничего, иногда братцу Яньу помогал долги собрать, зерно на склад отвезти. А так все больше гулял, в карты играл, шары гонял, в гости ходил.
Куйюань улыбнулся и обменялся взглядом со своим товарищем. Тот лузгал семечки, посматривая в телевизор, но на словах Куйюаня с готовностью заулыбался.
– Вы же молодые совсем, почему такие ленивые? – Я выбрал очень обидное слово.
– Точно, ленивые! – радостно согласился Куйюань. – Я и дома ленился, дров никогда не колол, воды не носил, рис промывать не умею, даже помои свиньям не умею готовить.
– И я тоже, – поддакнул парень с семечками. – Спроси меня, где лежат серп с коромыслом или чем свиней кормить – ни за что не скажу.
– Я как в карты уйду играть, две недели дома не появляюсь.
– В карты я не играю, зато езжу в город к третьему дядюшке – на мопеде гоняю, телевизор смотрю.
Я удивился. По их гордой интонации, по их кичливым рассказам я понял, что значения некоторых слов давно мутировали, что в мире полным ходом идет кампания по переопределению лексических единиц, только я ничего о ней не знаю. Слово «ленивый», произнесенное мной с таким презрением, для них давно превратилось в медаль, за которую следовало сражаться, а потом гордо носить на груди. А обличаемый мной порок стал синонимом свободной, приятной, респектабельной жизни, которую могут позволить себе только самые недюжинные люди, воплощением недосягаемого идеала. О чем нам было говорить дальше?
Конечно, исходное значение слова «ленивый» не размылось окончательно – обсуждая знакомых девушек, парни вспоминали, какая из них ленивая, а какая работящая, и дружно порицали лентяек. Отсюда видно, что у них сформировался отдельный мужской словарь, не применимый к женщинам. И прилагательное «ленивый» в нем было окружено ореолом славы. Но если это случилось с «ленивым», остается только гадать, что стало с прилагательными «деспотичный», «жестокий», «коварный», «вероломный», «бездарный», «преступный», «алчный», «продажный», «пошлый», «лживый», «прогнивший», «подлый», «угодливый» – быть может, в новом мужском словаре не найти более достойных слов для похвалы, и значительная часть мужчин готова примерить их на себя. А если какие-то мужчины до сих пор не признают нового словаря, это отнюдь не означает, что словаря не существует, а означает лишь, что сами они – языковые отщепенцы, жалкие ретрограды, оставшиеся за бортом словарных преобразований.