Словарь символики сновидений полностью

Всякий, кто приближается к образу ведьмы, естественно ожидает, что подобный символ будет окружен зловещими декорациями. На ночном небе деревья будут жестикулировать голыми ветвями, подобно щупальцам. Сова поведет за собой находящегося в состоянии ужаса сновидящего в чащу леса к секретному логовищу с котлами и ретортами. И там очень старая и страшная женщина с клювообразным носом и подбородком, сжимая беззубый рот, будет колдовать над приготовлением устрашающего приворотного зелья.

На сцене сновидения ведьма играет двойную роль. Под ярким светом прожекторов она воплощает отношение к негативному материнскому образу. Она без устали повторяет роль, созданную автором Белоснежки, в которой значительное место занимают волнения пубертатного перехода к сексуальной зрелости. В этих сценах, где присутствует старуха-волшебница[49], также обнаруживается настолько значительное и открытое вмешательство матери сновидящего или сновидящей, так много упоминаний о детстве, так много сексуальных ассоциаций, что невозможно избежать этой первичной интерпретации символа, поэтому интерпретатор должен внимательно к ней отнестись. Однако с его стороны было бы упущением ограничить этим свой анализ. Ему следует несколько приглушить слишком сильный свет на сцене. Тогда он лучше увидит теневую часть ведьмы, играющей одну из наиболее важных ролей. Одним широким и мощным жестом она объединяет гномов[50], глубинные силы[51] земли и небесных духов. Это единение земного и божественного – символ реабилитации инстинктивного начала и единства живого существа – представляет собой путь, подготавливаемый появлением воображаемой ведьмы, которая приглашает сновидящего следовать за ней.

Поль Диель рассматривал Титанов, противопоставивших себя Зевсу и хотевших разорить Олимп, как олицетворение протеста против сознания. Они символизируют пагубную трансформацию стремления к психическому изменению в пользу упрощения способа удовлетворять земные потребности. Автор уточняет, что в отличие от дионисийского упрощения, которое раскрывает свой потенциал в области сексуальных устремлений, упрощение, которое он назвал титаническим, является социальным извращением в виде стремления к доминированию. Каждый сновидящий, который переживает во сне встречу, а иногда даже идентификацию с гигантом, обнаруживает себя раздавленным вплоть до полного бессилия чрезмерностью своих амбиций! Великан в сновидении, главным образом, выражает некое отношение.

Великан появляется, когда для пациента приходит время осознать то, что парализует его отношения с другими. Этот символ выявляет ошибку пациента в оценке причин его трудностей при общении со своим окружением. Чем больше размер великана в сновидении, тем в большей степени он подтверждает чрезмерность стремления к материальному превосходству. Чрезмерность в данном случае является правильно выбранным словом, ибо оно выражает неизбежность увеличения разрыва между амбициями и реальными возможностями пациента. Чем больше проявляет себя стремление к власти, тем сильнее проявляется на психологическом уровне ощущение бессилия. Чем быстрее растет великан за счет некоего рода психического воспаления, тем в большей степени пациент ощущает свою незначительность и ничтожность. Титаническое упрощение – пожиратель энергии – приводит к пониженному психическому напряжению.

Гигантский персонаж сновидения является показателем опасной иллюзорной веры в возможность замещения потребности духовной самореализации за счет доминирования силы. Дух соревнования, способный благотворно стимулировать, в своей преувеличенной форме становится неким типом извращенной религии, приводящей в тупик вместо того, чтобы открывать путь к надежде. Ни сновидящий, ни слушающий его терапевт не должны пугаться величины персонажа: лишь психика, способная почувствовать дискомфорт духовного тупика, куда ее влечет великан, способна породить подобного типа образ. Онейроидный великан – это предвестник психического изменения, а не обвинитель, обличающий недостатки.

Если человек хочет перемещаться в пространстве дольше и быстрее, чем ему позволяют его собственные возможности, то он может использовать животных или различные средства передвижения, которые придумал. Среди этих последних велосипед – единственное устройство, чье продвижение вперед и управление являются прямой функцией энергии и воли его пассажира. Как только велосипедист прекращает крутить педали, велосипед возвращается к исходному состоянию. Он становится мертвым объектом, механической конструкцией. В свободном полете воображения данный символ позволяет увидеть два направления интерпретации.