Дело в том, что Людовик Благочестивый именно Витгару поручил выяснить, кем являются свеоны[55], приехавшие в 839 году вместе с посольством ромейского императора. И оказалось, что они подданные великого князя русов или ругов[56], которых франки, давно с ними торгуя, называли восточными ободритами.
– Недавно мне сообщили о прошлогоднем нападении русов на Константинополь, – пояснил свою обеспокоенность архиканцлер. – Им удалось безнаказанно разграбить окрестности ромейской столицы и уйти.
– Ты думаешь, они представляют для нас опасность? – встревожился Людовик.
– Слишком мало нам о них известно, чтобы делать какие-то выводы.
– Хорошо, отправляй Витгара…
Глава вторая
Уезжая из Любши, которой угрожало нападение словен, Милогост уговорил Войнега поехать вместе с ним в Миллин, откуда был родом тесть лужского судара купец Жировит. Возвращаться домой старшина опасался, поэтому на все имевшиеся деньги закупил меха и вместе с приятелем благополучно добрался до главного города вендского купеческого товарищества.
Миллин поразил Войнега огромными размерами, и только позже он узнал, что на самом деле это три города. Два из них – Миллин и Арсибор – располагались на островах и левом берегу протоки Свины, а третий – Юм – на ее правом берегу. Удивил словенского старшину и местный торг, где глаза разбегались от разнообразия товаров.
Несмотря на изобилие там мехов, Войнег смог очень выгодно продать шкурки, успев сделать это до возвращения с востока большого торгового каравана. А известие о нападении на его купцов воинов Буревоя заставило старшину напомнить Милогосту об их намерении обратиться за помощью в наведении порядка у словен к великому князю Мстивою.
– Я могу помочь встретиться с главой купеческого товарищества, – предложил тесть Милогоста, с которым они решили посоветоваться. – А как увидеться с князем, не знаю. Может, Велемудр вам подсобит?
– Мне говорили, что, приезжая сюда, Мстивой останавливается у своего наместника, – посмотрев вопросительно на Жировита, произнес словенский старшина. – Может, нам стоит с ним повидаться?
– Даже не знаю. Но попробуйте…
Приятели решили это дело не откладывать и уже на следующий день попытались встретиться с великокняжеским наместником. Но дальше ворот крепости их не пустили. А появившийся пятидесятник, узнав, зачем они хотят видеть Радмира, заявил, что тот не занимается такими вопросами.
– Приходите, когда приедет князь, – посоветовал он, лишь бы отвязаться от назойливых словен.
Но, возвращаясь с острова, где находилась княжеская крепость, Войнег неожиданно узнал в идущем им навстречу богато одетом дружиннике варяжского пятидесятника, с которым вместе плавал в Хазарию. Тот его тоже признал, хотя и не сразу, так как не ожидал увидеть здесь словенского старшину.
– А что ты не сказал страже, что знаком с Радмиром? – упрекнул Светослав Войнега, когда тот рассказал о неудачной попытке встретиться с наместником. – Ведь это он плыл с нами тогда послом к хазарскому кагану.
– Даже не подумал, что княжеский посол и наместник – один и тот же человек, – честно признался старшина. – Значит, теперь мы сможем с ним повидаться.
– Но он на самом деле вам ничем не поможет. А о приезде Мстивоя я вас извещу и даже устрою с ним встречу. Скажите только, где остановились.
Войнег попытался объяснить, но быстро запутался, и ему на помощь пришел Милогост. Святослав обещал обязательно зайти, чтобы отметить их встречу, а заодно выяснить обстановку в землях словен, ведь Мстивой наверняка будет расспрашивать его не только о сражении на озере Нево.
И на следующий день они допоздна засиделись в корчме, вспоминая совместную поездку к хазарам. А вот встречи с великим князем русов и вендов пришлось ждать долго. Только через несколько дней после того, как Мстивой приехал в Миллин, словен к нему пригласили. Князь дожидался приезда брата Вислава, которому собирался поручить уже неизбежную войну с изборским князем.
Прежде всего Мстивоя интересовало, на кого они смогут там опереться и какими силами располагает Буревой. Из расспросов словен выяснилось, что большинство сударов поддерживают старшего внука Гостомысла и рассчитывать можно только на старшин, недовольных попиранием их прав новым князем.
– Похоже, война предстоит тяжелая, – подытожил Вислав, когда словене ушли. – И долгая.
– Но вести ее придется. И не только из-за торговых путей в Хазарию и Биармию, – произнес жестко старший брат. – На землях веси и мери осело много наших людей, и, если мы не придем им на помощь, их всех вырежут.
– И все же мне кажется, нам не стоит воевать самим, это только объединит словен и кривичей, – заметил руянский князь, которому совсем не хотелось провести несколько лет вдали от дома. – Если тебя не устраивает Вадимир, давай поручим вести военные действия другому внуку Гостомысла – Рюрику?
– Он для словен такой же чужак, как и мы с тобой.
– Зато один из законных наследников умершего деда. Кстати, Рюрик неплохо себя проявил в походе на Константинополь и, мне кажется, быстро наведет порядок в землях словен.