Открытие следует за открытием, успеть бы их обдумать, прежде чем на меня свалится очередное воспоминание. Честное слово, и в таком состоянии у меня жестоко разболелась голова. Я попыталась привычно помассировать виски и с содроганием заметила, как мои руки встретились с пустотой. Я растерянно оглядела свои полупрозрачные ладони и продолжила путь. Надо же, до дерева дотрагивалась спокойно, а до себя – не смогла.
Чудны дела твои, Господи!
А дальше – больше. Едва я свыклась с тем, что меня занесло в самое сердце мира, как представилась отличная возможность рассмотреть его вблизи во всех подробностях, – сердце, в смысле. Черное сияние пола неожиданно расступилось, и, подобно склепу памяти, передо мной из ниоткуда появилась лестница. На первый взгляд деревянная. Витая. Опасно узкая. Без перил. Со знакомой красновато-желтой подсветкой. Стремительной спиралью уходящая туда же, откуда она и появилась, то бишь в никуда.
Я в сомнении осмотрела сие необычное сооружение. Н-да, граждане. Мир явно подслушивал мои мыслим раз так быстро подкинул свой очередной сюрприз. Рискнуть пойти? А что мне еще остается… Я осторожно поставила ногу на первую ступеньку. Надо же, не проваливаюсь. Лестница отлично выдерживала мой ничтожный вес, и я понадеялась, что так оно и останется и не провалюсь сквозь нее в самый неожиданный момент.
Ступеньки жалобно поскрипывали под моими ногами, когда я начала осторожно подниматься наверх. И постепенно непроглядный мрак вокруг меня сгустился, создавая иллюзию каменных стен. Подземелье, да и только. Подвал средневекового замка. А я даже почти догадываюсь, куда в итоге лестница приведет. В сердце мира моя прежняя память работала на редкость быстро и слаженно, послушно выдавая ответы на плохо сформулированные вопросы, и посему – долго ломать голову над местными загадками не приходилось. Всегда бы так…
Один виток лестницы резко сменял следующий, и через некоторое время я была вынуждена остановиться, присесть на ступеньку и закрыть глаза. У меня самым позорным образом закружилась голова. Привидение я или нет, но прежние человеческие ощущения иногда дают о себе знать. Побочный эффект от неожиданного перехода из одного физического состояния в другое? Что-то вроде того.
Передохнув, я встала и, балансируя над пропастью, ускорила шаг, передвигаясь почти бегом и перепрыгивая через ступеньки. Наверх, к выходу… Да, эта лестница точно приведет меня обратно на поверхность, в мое привычное тело и к моим непривычным обязанностям. И не спрашивайте меня, откуда я это узнала, – оттуда… Ага, вот и предпоследний виток… Я подняла голову, пытаясь рассмотреть предполагаемый выход, и едва успела зажмуриться. Слепящие потоки красновато-желтого сияния хлынули из глубин древнего мрака, разгоняя тьму. Заново привыкнув к свету, я нерешительно приоткрыла правый глаз. О, че-е-ерт, прости, Господи… Спасите мою душу…
Из темной пустоты росли корни. В прямом смысле этого слова. Огромные, мощные древесные корни, подобно причудливо извивающимся змеям, оплетали лестницу и, проступая из стен, тянулись к источнику света. Корни мира. Корни его жизни и магии. А источник света… Прикрыв глаза ладонью, я прищурилась и внимательно всмотрелась в закатное мерцание, непроизвольно сделав несколько неуверенных шагов ему навстречу. А источник света – это… Если подойти еще ближе… Это…
Внезапная вспышка света больно ударила по глазам. Зашатавшись и с трудом удерживая равновесие, я закрыла руками лицо, оберегая его от дальнейших нападений… стражей памяти. Источник света – это не что иное, как хранилище памяти мира, тщательно запрятанное и надежно защищенное. Ну а с вышеупомянутыми стражами лучше не встречаться, если дорога собственная память и способность к перерождению. Я осторожно попятилась, лихорадочно озираясь по сторонам. Не может быть, чтобы из сердца мира на поверхность вел один лишь этот проход. Мимо стражей я никогда не пройду, да и не рискну даже приблизиться к ним. У меня есть инстинкт самосохранения, и сейчас он отчаянно советовал мне уносить отсюда ноги, и чем быстрее, тем лучше. Но – куда?..
Затравленно взглянув на источник, я невольно посмотрела вниз. Ни туда и ни сюда. Ни назад, ни вперед. Тогда… в бок? Как говорится, безвыходных ситуаций не существует. Если есть вход, значит, есть и выход. Не через дверь, так в окно… Понадеявшись на свою странную способность не проникать сквозь материальные предметы, я оценила расстояние, отделяющее лестницу от ближайшего корня и, изловчившись, перепрыгнула на него, едва не сорвавшись в пропасть.
Чудом успев уцепиться за сеть тонких корешков, я перевела дух, подождала, пока они прекратят раскачиваться, и вскарабкалась на изгиб главного корня. Устроившись в нем, как в кресле, опять посмотрела наверх. Выхода конечно же не увидела, но почувствовала, что где-то
