Паша кивнул. Сава и сам под колпаком у ментов. В прошлом году под следствием два месяца провел, в позапрошлом три.
– А может, это под вас копают, Владимир Владимирович, метят в вас, а по мне просто пристреливаются.
– Жизнь покажет… Ладно, пойду я. Хорошо тут у вас.
Сава поднялся, и Паша выразительно глянул на Тиху. И тот правильно все понял, шепнул на ухо Макару, и вор получил в сопровождение трех бойцов.
– А то вдруг что, крайними окажемся… – сказал Тиха, когда вор ушел. – Может, правда в Саву метят?
– Со всех сторон метят, со всех сторон прилететь может, – кивнул Паша. – Хорошо, если увернешься, а если нет?
– Хорошо, ты увернулся. Надо бы пацанам карманы зашить, а то ментам верить нельзя.
– И не надо.
Пацаны сопроводили Саву. Паша уже собирался уходить, когда они вернулись. И не одни, а с девочками. Стемнело на улице, похолодало, проститутки замерзли, пацаны предложили им согреться, в принципе, ничего особенного. Девчонки свои, из обоймы Линька. Все бы ничего, но среди них Паша заметил Женю-Жанну, и такая она свеженькая с морозца, сочная как ягода под снегом в октябре. Одета с вызовом, как и подобает проститутке, но именно это и заводило.
Девочкам определили самый дальний от стойки столик, пацаны подсаживались к ним, Рудик вьюном вился, но Тиха и Макар не подходили, Паша тем более. А сама без приглашения Жанна соваться к ним боялась, могла и на грубость нарваться. Но Паше захотелось в сортир, он сходил, вышел, а в маленьком тамбуре возле умывальника Жанна. И так она смотрела на него, что захотелось закрыть дверь на защелку.
– Привет! – игриво поздоровалась она. И улыбнулась, вспомнив, чем Паша однажды ответил ей на такое приветствие. Ответил тем, чем она сейчас хотела с ним заняться. И совершенно бесплатно. Возможно, по любви.
– Зачем? – спросил он, пальцами мягко взял ее за мочки ушей.
Жанна пугливо улыбнулась, вдруг он собирается свернуть ей голову.
– Что зачем?
Из неисправного крана звучно капала вода.
– Все зачем… У меня подруга есть.
Подруга у него есть. Зоя зовут. С ней все ясно. А вот чем Мальвина занимается с Чуроновым, пока непонятно. Может, и ничем. А может, она все-таки делилась с ним своими профессиональными секретами. В таком же примерно предбаннике перед сортирной кабинкой.
– А мне все не надо, – качнула головой Жанна.
– Тебе надо, – кивнул он, переложив руки на ее плечи. – Но не все.
– Не все. И надо!
Паша и хотел уйти, но руки его уже не слушались. Как будто сами по себе надавили на плечи, а Жанна не сопротивлялась, покорно опустилась перед ним на корточки.
– Ну давай, попробуй… – пробормотал он, чувствуя, как вырывается на свободу его второе «я».
Дверца открыта, птичка вырывается из клетки, но Жанна не дает ей улететь. Эти губы, эти горячие, жадные и такие глубокие силки. Движения быстрые, энергичные… Паша долго не смог сдерживаться, но Жанна продлила и это короткое удовольствие. От переизбытка чувств и ощущений руки плохо слушались, но все-таки он достал из бумажника стодолларовую купюру.
– Зачем?
Жанна обиделась, как благородная девица, которой предложили секс до свадьбы. И даже покраснела. Оскорбленно зыркнула, нервно повернулась к нему спиной, суетливо открыла дверь и влетела в объятия Линька, едва не сбив его с ног.
– Эй, ты чего?
Он схватил ее за руку, дернул на себя, но Жанна вырвалась, еще и толкнула его.
– Пусти!
– Ты че, охренела, соска!
Линек и сам толкнул ее, Жанна упала, сломав ноготь. И Паша вдруг понял, что готов порвать Линька на части. Но не порвал, хотя и надвинулся на него, заставив вжаться в стенку.
– Паша, я ничего! – Сутенер затравленно мотнул головой.
Жанна поднялась, не глядя на них, и захромала к выходу в зал. Паша и сам не понял, как окликнул ее, остановил.
– Эй! – И, повернув голову к Линьку, спросил: – У Жанны сегодня отгул, да?
Ответ уже содержался в конце вопроса, никаких других вариантов для Линька не существовало. Без вреда для здоровья, разумеется.
– Ну да, отгул.
– Устала девчонка, пусть отоспится.
– Да не вопрос!
Паша отпустил Жанну, вышел в зал, дернул пивка, закрыл партию и вышел на улицу. Остановка совсем рядом, там частники в очереди на клиентов стоят, сел да поехал. Но куда? К Зойке? Всегда пожалуйста! Но зачем тогда он вписался за Женю-Жанну?
– Паша! – донесся голос из темноты.
Он остановился, хмыкнув с усмешкой, а вот и Жанна! Не зря, значит, он освободил ее от работы.
Жанна подошла к нему несмело, остановилась в шаге, приподняла руку, как будто хотела коснуться его. Но не решилась. А ведь хороша девка, и лицо, и фигурка. Легкая доступность смазывала эффект очарования, но все равно интрига сохранялась. Неплохо было бы провести с ней время, где-нибудь на стороне. А Зойка пусть ждет. После рабочего дня, проведенного не без участия Левы. Может, Чуронов только за сегодня присунул ей разок-другой, а Паша как тот лох хранит ей верность. Хотя и частично.
– Отдыхаешь? – иронично спросил он.
– Ага!
– Холодно.
– Есть ключи от свободной квартиры, – тихо, с надеждой сказала она.
