– Я даже догадываюсь, к чему Вы всё это мне сейчас рассказали! – с невесёлой улыбкой на лице ответил Владимир Константинович. – Хотите, чтобы я сейчас же признался, не водится ли за мной такой грешок? Не припрятал ли я у себя в сейфе какой-нибудь незарегистрированный пистолет, которым было бы так удобно сводить счёты с обидчиками? Застрелил врага – и концы в воду! Никто не свяжет меня или мою дочь, в чей огород вы уже битый час бросаете камни, с совершённым убийством! Но я вас разочарую! Всё моё оружие получено законным путём, и на каждый ствол у меня есть соответствующая лицензия! Так что если вы надеялись притянуть свою нелепую версию о том, что моя Наташка из ревности могла убить двух людей к незарегистрированному пистолету, якобы хранящемуся у меня дома, то тут у вас ничего не получится! И если вы мечтали о том, что я гостеприимно распахну перед вами дверцы моего сейфа, чтобы вы лично смогли пересчитать всё имеющееся там оружие, то и здесь вас ждёт облом! Довольствуйтесь актом осмотра моего оружия, произведённым год назад, когда по делу велось следствие! Ничего нового от меня вы не узнаете! Ваш визит ко мне был напрасной тратой времени для всех! Если у вас и в самом деле появились доказательства вины Натальи по этому делу, вызывайте её в суд, допрашивайте, предъявляйте официальное обвинение! Уверяю вас, прятаться от суда и юлить, вводя суд в заблуждение, Наталья не станет! В этом нет необходимости! Она невиновна! А если у вас нет ничего, кроме голословных обвинений, то идите к чёрту! Упражняйтесь в дедукции в каком-нибудь другом месте и перед другими людьми, которых, быть может, испугает ваша якобы осведомлённость, и они захотят оговорить себя, чтобы потешить ваше самолюбие, но с нашей семьёй этот номер не пройдёт!
Тут разгневанный Струбчевский вновь обратился к адвокату.
– Не ожидал я от тебя такого, Сергей Эдуардович! Не ожидал!
Продолжать этот разговор дальше не было смысла, и потому наши герои сочли за благо попрощаться с бывшим полковником и поскорее уехать из дома, где им были не рады.
Выехав с территории дач на трассу, наши герои наперебой принялись выплёскивать друг на друга свои эмоции.
– Это была плохая идея! Я с самого начала говорил! – принялся отчитывать Тимофея Савельевича Сергей Эдуардович. – Мало того, что мы ничего не добились, мы ещё и испортили отношения с очень влиятельным человеком, чья помощь могла бы понадобиться в будущем!
– Напротив! – выговаривал ему Тимофей Савельевич. – Это была очень продуктивная встреча! Всё прошло ещё лучше, чем я ожидал!
– Лучше?! – не понял нашего героя адвокат. – Что же тогда в вашем понимании «хуже»?
– Если бы Вы не были знакомы с основами логики и психологии, то я бы сейчас Вам всё разложил по полочкам, чтобы Вы сами могли убедиться в моей правоте. Но поскольку у нас с Вами одинаковое образование, да и опыт работы с людьми тоже схожий, то я лишь кое-что Вам напомню. Как обычно ведёт себя виновный человек? Сразу же признаёт свою вину и просит наказать его? – сказал Тимофей Савельевич и выдержал небольшую паузу. – Собственно, такое тоже бывает, если человека заела совесть. Но люди редко считают себя виноватыми, даже если нарушили закон и прекрасно знают об этом. Мысленно они находят для себя кучу оправданий или же перекладывают вину на кого-то другого и продолжают спокойно жить, чувствуя себя в полной безопасности до тех пор, пока кто-то не изобличит их. И тогда начинаются волны праведного гнева. Человек будет стоять насмерть, до хрипоты доказывая свою невиновность, пока его не припрут к стенке неопровержимыми фактами. Вот только фактов у нас нет, лишь догадки. Поэтому Владимир Константинович и кричал на нас, топая ногами, стараясь эмоционально подавить нас, потому что ему было что скрывать. А для сравнения возьмём нас с Вами. Вот если бы к Вам, Сергей Эдуардович, заявился бы какой-нибудь Ваш старый знакомый. Причём отнюдь не представитель органов власти, а просто скромный любитель теории заговора, и принялся бы обвинять Вашего сына в каком-нибудь преступлении. Стали бы Вы его оскорблять и выгонять из своего дома или бы популярно объяснили этому субъекту, что он не прав, и в качестве дополнительных доказательств продемонстрировали бы ему содержимое Вашего сейфа. Просто для обозрения, конечно же, а не для того, чтобы он лично мог подержать и понюхать каждый Ваш пистолет. Так бы Вы поступили или нет?
– Разумеется, так! – подтвердил Парамонов. – Думаю, и Вы в аналогичной ситуации поступили бы точно так же!
– Безусловно! – согласился Елисеев.
– Но ведь люди бывают разные! У всех свой темперамент, и у каждого свой порог обиды. И далеко за примерами ходить не надо. Вспомним небезызвестного нам товарища Иванова, который за свою дочь Лилю готов был убить Агея Абрамова. И даже чуть не убил!
