– Раз в неделю.
Я иду на уступки исключительно ради переговорного процесса. Ведь на переговорах так принято. Только поэтому.
– В шею? – отзывается Марков.
– Я вас ударю.
– Ладно, начнем с малого, – с усмешкой замечает Станислав.
Вскоре мы перебираемся в переговорную. Там нас ждут четверо мужчин в строгих костюмах. Я сажусь за стол, и передо мной кладут бумаги. Самое прекрасное, что меня никто не поторапливает. Я спокойно читаю договор и задаю вопросы по тексту. Один из юристов подсаживается рядом и терпеливо разъясняет мне все пункты.
Марков же прохаживается у панорамного окна. Оно занимает всю внешнюю стену, так что картинка выходит идеальной. Миллиардер на фоне делового центра той части Москвы, которую можно назвать монструозной и залитой баснословными деньгами. Комбо. Вот что значит человек на своем месте.
А вот что здесь делаю я?
Я подпишу эти бумаги?
Меня подкупает, что я понимаю формулировки договора. Юристы умеют составлять документы таким языком, что нужен специальный переводчик. Но здесь всё ясно. И нет ничего криминального. Марков сказал мне то же самое: от меня требуется сопровождение, поддержание его позитивного имиджа и сохранение конфиденциальной информации. Я не имею права разглашать хоть что-то из того, что узнаю о личной жизни Маркова. Умный пункт, если учесть, что он собрался поселить меня под своим боком.
– Спасибо. – Я киваю, когда юрист заканчивает объяснять мне последний пункт. – Станислав Олегович.
Я окликаю Маркова, который уже ушел в дела с головой. В его ладонях зажат планшет с фирменной маркировкой его компании.
– Да, Полина. – Он поднимает на меня глаза. – Ты готова подписать?
– Мы можем сделать это наедине?
Он делает короткий жест головой, и этого хватает, чтобы все четверо мужчин поднялись со своих мест и покинули кабинет.
– Меня устраивают пункты. – Я провожу пальцами по листкам. – Тут даже прописано, в какой клинике пройдет моя операция. Я слышала о ней, она отличная…
– Она не хуже той, где ты наблюдалась.
– Да, я знаю. У меня был список клиник, где мне могут помочь. И там была эта клиника.
– Тогда что тебя смущает?
– Вы не дадите меня в обиду?
Я помню, что Марков пообещал мне защиту от Ольги. Но мне хочется услышать его слово. Договор – это важно, но Станислав производит впечатление мужчины, который не нарушает своих обещаний. Я могу ошибаться, у меня нет цельной картинки его характера, я просто следую за своей интуицией.
– Не дам, – отзывается Станислав, он реагирует на мой неофициальный вопрос и даже немного смягчает голос. – Всё будет хорошо, Полина.
– И пообещайте, что не будете повышать на меня голос.
– Неужели я произвожу такое впечатление…
– Вы не кричите на подчиненных?
Его взгляд заостряется. Его жесткие губы размыкаются, но Марков ловит первый ответ. Он берет еще секунду и, как будто меняет свое решение, произносит другое:
– Я не буду повышать на тебя голос.
Мне остается только кивнуть. Я беру ручку со стола и в полном молчании ставлю несколько подписей.
– Всё, – отзываюсь и беру свой экземпляр договора.
– Теперь перестанешь называть меня на «вы»?
Марков отодвигает соседний стул и садится рядом.
– Перестану. Только как лучше?
– Стас, котик. – Он пожимает плечами.
– Лапусь? – не могу удержаться.
– Если это сделает тебя счастливой, то пожалуйста, – комментирует Марков. – Я думаю, нам нужно сперва где-нибудь появиться вместе. Так, чтобы стало ясно, что мы пара, и пошли слухи. А потом сделать объявление о свадьбе.
– Звучит как план.
Марков вскоре уходит по своим важным делам. Его атакует целая команда ассистентов с бумагами. Я же недолго остаюсь одна. Ко мне приближается Элина из пиар-отдела. Я пересекалась с ней в первый день в офисе «НилИнвест», а еще Ольга Викторовна говорила мне, что я должна с ней сдружиться.
– Добрый день, Полина Сергеевна. – Элина коротко улыбается. – Я буду помогать вам освоиться.
Она заглядывает в свои записи.
– Первым делом я хотела бы показать вам дом господина Маркова. Он распорядился, чтобы я провела экскурсию для вас.
– Дом настолько большой?
Элина не понимает моей шутки и воспринимает всё всерьёз. Я тогда делаю короткий жест ладонью, чтобы она не обращала внимания и продолжала.
– Там же будет происходить ваша подготовка, – добавляет она. – Если вы не против, я могу сказать водителю, чтобы он подал машину.
– Я не против.
Я уже подписала документы.
Я в деле.
Мы спускаемся на первый этаж. Длинный седан черного цвета, которому очень бы подошли дипломатические номера, уже стоит у ступенек. Я прохожу к двери и немного смущаюсь, когда Элина распахивает передо мной дверцу.
Теперь я понимаю, о чем говорили менеджеры, которых я случайно подслушала в курилке фирмы Ольги Викторовны. Они делились неприятными впечатлениями, когда вызываешь бизнес-класс и водителем оказывается девушка. По правилам она обязана выйти из машины и открыть дверцу для клиента. И если этот жест от мужчины-водителя воспринимается спокойно, то в ситуации с девушкой возникает неловкость.
И правда возникает.
