Согласно рассказам Андрея, да пребудет с ним звездная колесница, по крышам строений можно было сравнительно легко передвигаться, в то время как безумные обычно находились исключительно на земле.
Мигело взял Ксермета за плечо и молча указал на двухэтажный дом, крыша которого вплотную прилегала к более высокому дому рядом. Балкон с обвалившимися перилами сам по себе выглядел достаточно крепко и предлагал идеальную возможность забраться наверх без особых усилий.
Не сговариваясь, они подошли ближе. Мигело чуть присел и наклонился вперед, упершись руками о стену, и подставил свою спину словно ступеньку. Ксермет встал ему на плечи, ухватился руками за балконную плиту и, подтянувшись, забрался наверх. Затем он опустился на живот и втащил Мигело на балкон. Оттуда они вместе без особых усилий залезли на крышу, а затем и на прилегающий трехэтажный дом.
Хотя этот дом и находился достаточно далеко от главной улицы, отсюда открывался хороший обзор. Ксермет и Мигело переглянулись и приготовились ждать. В их отвлекающем арсенале было несколько магических свертков размером с большой палец руки. Как объяснил Макхэкв, достаточно было лишь надломить один из них, и в небо поднимется яркий столб дыма, который, без сомнений, привлечет внимание безумных. Макхэкв назвал эти свертки «сигнальными ракетами» и добавил, что никогда не думал, что им найдется применение.
Ксермет осмотрелся повнимательнее. Узкая полоска крыш уходила от их укрытия на несколько сот локтей в сторону одной сплошной стеной.
– Мигело, я переберусь вон туда, – прошептал Ксермет, указывая рукой на здание в конце улицы, – а ты оставайся здесь. Если Макхэкву и Джаду не удастся прокрасться незамеченными и им придется убегать, то мы больше поможем им, если запустим этот дым сразу из нескольких концов города.
Мигело кивнул, и Ксермет крадучись начал двигаться в назначенную точку.
Через несколько минут ему удалось добраться до цели. Ксермет притаился за ограждением на крыше и уставился вдаль, пытаясь получше разглядеть темные улицы. Не успел он толком оценить обстановку, как ночь озарилась ярким синим светом, за которым последовали беспорядочные крики безумных, доносящиеся со всех сторон, и ответный рев тархонта.
Ночной город ожил, и по узким улицам замельтешили человеческие фигуры, которые все устремились в одном направлении. Они сливались друг с другом на поворотах в небольшие кучки, затем в группы побольше и, наконец, в единую толпу, которая, словно река, подпитываемая все новыми и новыми ручейками, стекалась к отвесной скале в центре города.
Недолго думая Ксермет надломил сверток, и с громким свистом в воздух вырвались клубы ярко-красного дыма, которые поднялись на несколько десятков локтей вверх и начали расплываться в стороны, словно огромный гриб на прозрачной тонкой ножке.
Джад шел на шаг позади Макхэква, чуть выглядывая из-за его плеча. Значительную часть обзора загораживали длинные волосы кочевника, которые висели на его голове толстыми скатанными нитями. Макхэкв двигался вперед уверенной походкой. Он даже не пытался спрятаться и не обращал на безумных особого внимания, хотя и держался от них на расстоянии.
Они вошли в город по главному мосту, словно почетные гости, ровно через полчаса после того, как Ксермет и Мигело отправились на другой берег вплавь. Безумные продолжили медленно и безучастно слоняться вокруг шаркающей походкой и не обратили на них никакого внимания.
Несмотря на события последних дней, Джаду до сих пор было трудно поверить в магическое невидимое поле, которое использовал Макхэкв. И в первую очередь именно потому, что этого поля он не видел. Как бы это абсурдно ни звучало, но Джад чувствовал бы себя намного комфортнее, если бы аура вокруг них переливалась всеми цветами радуги, словно тонкий мыльный пузырь. Ему было бы гораздо проще убедить себя, что только они двое его видят, а все остальные не видят ни пузыря, ни их самих внутри него. А так у него не было ровным счетом никакого неопровержимого доказательства, что эта аура действительно существует.
Когда они подошли к широким воротам, которые вели на главную улицу Арара, сердце у Джада похолодело. Перед воротами стояли четверо здоровенных безумных, явно отобранных не случайным образом. По своему телосложению они очень напоминали тех, которые надолго вывели Джада из строя в Зеленой долине. Джад невольно поморщился. Воспоминания были еще очень свежи, а раны на теле так до конца и не зарубцевались. Трое из них были одеты в форму легионеров, и один – в тунику цефейского воина. Они напряженно вглядывались в темноту, выискивая в ней непрошеных гостей. Эти четверо не просто бездумно смотрели, они видели. Вернее, наездник видел. Цефейский воин внезапно повернул голову и уставился прямо на Джада.
