Ксермет едва заметно улыбнулся. Он был искренне рад своей первой победе за сегодняшний день и чувствовал, несмотря на замечания, что Рейнар был им доволен. За последние месяцы он гораздо лучше стал понимать своего учителя и, хоть так и не проникся к нему по-настоящему теплыми чувствами, начал намного больше уважать его. Не в последнюю очередь это было вызвано бо́льшим количеством времени, которое он проводил с ним. В свете последних событий количество тренировок с Рейнаром было удвоено.
При этом Рейнар занимался теперь исключительно с ним и Джадом. Все остальные ребята, которые тренировались с ними раньше, были переведены под начало другого учителя и участвовали в их тренировках исключительно при отработках сценария «весь мир против нас».
В такие дни Ксермет и Джад были вынуждены сражаться бок о бок, отражая атаки до пяти-шести человек одновременно. Но даже в тех редких случаях, когда им удавалось выйти победителями, за успешным раундом сразу следовал новый, с другими, отдохнувшими соперниками. Подобные дни заканчивались для них обычно особенно щедрой порцией новых синяков.
Кроме этого Ксермет крепко для себя решил, что больше никогда в жизни не намерен быть посмешищем в глазах публики. По крайней мере, так он сам себе говорил. В реальности понятие «публика» было достаточно относительным и ограничивалось персоной Алансы. Как бы то ни было, он тайно условился с Рейнаром о дополнительных занятиях, один на один.
Ксермет больше недели вынашивал в себе этот разговор, пытаясь предугадать реакцию Рейнара на подобную просьбу. В конце концов он был готов к любому повороту событий, от обычного отказа до грубых насмешек. Когда же все-таки собрался с духом и обратился со своей просьбой к Рейнару, он даже сам удивился, насколько гладко все прошло.
Вначале Рейнар удивленно поднял брови и с кривой улыбкой долго оценивающе смотрел на Ксермета, что-то обдумывая. Когда Ксермет был уже готов перейти к заранее продуманному поведению в случае отказа, Рейнар вдруг без лишних вопросов сказал ему, что будет ждать его каждый вторник и четверг на рассвете у старой арены.
Ксермету даже стало неловко. Он не ожидал от Рейнара такой проницательности. Рейнар без лишних вопросов почувствовал, что Ксермет хотел все это оставить в тайне, и сам предложил старую арену, которая находилась за пределами внутреннего замка, вдали от любопытных глаз. При прощании в тот день Рейнар похлопал Ксермета по плечу, и Ксермет понял, что только что обрел совершенно иное к себе отношение.
Занятия с Рейнаром в буквальном смысле оставляли Ксермета без сил. В оранжевых лучах восходящего солнца Ксермет изо всех сил отбивал тяжелые точные удары Рейнара. За двухчасовую тренировку ему обычно так ни разу и не удавалось даже вскользь дотронуться мечом до своего учителя. Рейнар при этом не выказывал ни малейших признаков усталости, а с его лица практически не сходило выражение вселенской скуки. После тренировки Ксермет еле-еле успевал добежать вовремя до маленькой комнатки Аваки наверху старой башни, чтобы продолжить теоретические уроки.
Джад принялся активно растирать ушибленное место на шее рукой, укоризненно посматривая на Ксермета. Он всем своим видом давал понять, что завершающий удар совсем не обязательно должен был быть такой силы. Синяк получился огромным. Ксермет сделал вид, что не замечает взгляда товарища. Он бесцельно оглядывался по сторонам, наслаждаясь свободной минутой.
Отношения между ними в последнее время были не самыми теплыми. Детская дружба переживала кризис подросткового соперничества и уязвленного самолюбия.
Хотя за минувшие полгода никто из них так и не добился ровным счетом никаких успехов в отношении Алансы (что в значительной мере было вызвано полным отсутствием каких-либо активных действий с их стороны), это не помешало им видеть в любом поступке друг друга попытку доказать свое превосходство в чем бы то ни было.
Рейнар злорадно улыбнулся и махнул рукой в сторону замка. Ксермет и Джад повернули головы туда, куда он показывал, и глубоко вздохнули с видом полнейшей безысходности.
– Да, да, все правильно, – бодро прокомментировал Рейнар, – сегодня мы закончим нашу тренировку эпохальной битвой десять на двоих.
К арене шумно приближалась группа веселых юношей, очевидно довольных предстоящей возможностью безнаказанно навалять сыну и племяннику своего господина.
– Эта битва, несомненно, войдет в анналы истории, – не унимался Рейнар. – «Медлительный и неумелый стоят до конца» – как-нибудь так про это напишут.
Ксермет и Джад обреченно посмотрели друг на друга и не сговариваясь повернулись друг к другу спиной, готовясь отбивать атаку.
Ксермет устало сидел на краю крепостной стены, глядя на бушующее у подножия скал море, и тихо радовался тому, что этот день наконец-то подходил к концу. Он вновь и вновь проигрывал в памяти сегодняшнюю тренировку, особенно последнюю ее часть. Вместе с Джадом им удалось «убить» четверых нападавших, на чем их удача и закончилась.
