– Так какой же коваль без инструмента, – удивился Серко. – Все заберем. Слово даю.
– А там у станицы хоть какой ручей имеется? – мысленно проигрывая варианты, задумчиво поинтересовался Беломир.
– Есть ручей, – понимающе усмехнулся казак. – И мастера по ремеслу всякому имеются. Задумаешь колесо ставить, всей станицей поможем. Станица вдоль ручья и стоит. Так что куда чего ладить, сами решите.
– Вот ведь задачка, – озадаченно буркнул парень, оглядываясь на приятеля. – А ты чего молчишь? – подтолкнул он локтем кузнеца.
– А чего говорить-то? – тихо спросил Векша. – Скажешь ехать, так и поедем. Мне ведь все одно, где задумки твои ковать. Лишь бы Ладушка рядом была.
– Озадачил ты меня, Серко, – вздохнул Беломир, поворачиваясь к казаку. – Дай сроку хоть малость. Подумать как следует надобно. Дядька Далебор, когда дозволишь на капище сходить? – поинтересовался он у старика.
– А как решишь, так и ступай, – пожал тот плечами.
– У тебя ж стрела громовая имеется, – моментально подобрался Серко, бросив на старика короткий, острый взгляд.
В ответ тот только молча кивнул.
– Имеется, – вздохнул Беломир, – да только на капище и мне, и пращуру проще будет. Стрела, она для боя. А совета на капище спрашивать надобно.
– Верно казачок бает, – одобрительно хмыкнул Далебор. – Как надумаешь, приходи. Сам. Ты и без меня управишься.
– Добре, – все так же задумчиво вздохнул парень.
– Не пойму я тебя, Беломир, – фыркнул Серко, явно начиная сердиться. – Ты ж вроде не размазня какая, а простого дела решить не можешь. Я ж тебе не татьбу какую-то предлагаю, а дело серьезное. А ты словно девка ломаешься.
– Ты за словесами-то следи, – окрысился Беломир. – Тут у меня и дело настроено, и хоть какое житье, а ты прискакал: брось все, да за мной езжай. А куда, зачем, для какой такой надобности?
– Так сказал ведь, – буркнул Серко, явно растерявшись от такой отповеди.
– Сказал он, – фыркнул парень, остывая. – Ладно бы мне одному сорваться. Со мной ведь еще и люди, да дела всякие. Значит так. На капище схожу, у пращура совета просить буду. Как велит, так и будет.
– А ты решил, что я к тебе со своих задумок приехал? – иронично усмехнулся казак.
– Так с того бы и начал, – снова огрызнулся Беломир.
– Уж прости, говорить не мастер.
– Так и я не на ритора учился, – не сумел промолчать Беломир и вдруг почувствовал, как на груди начинает разливаться какое-то тепло.
Машинально прижав ладонь к груди, парень понял, что нагревается не что иное, как наконечник стрелы. Сосредоточившись, он выпрямился, и казаки, заметив его движение, дружно замолчали, насторожившись.
«Не надоело спорить?» – послышался в мозгу парня уже знакомый голос.
«Так нежданно все. Вроде одно делать собрался, а тут другое вылезло», – нашелся Беломир, чувствуя себя готовым пациентом для желтого дома.
«Верно Серко сказал. Это я решил, что в предгорьях тебе самое место будет. Там и дом поставишь, и дело делать станешь, и судьбу свою найдешь».
«Это ты про что? – насторожился Беломир. – К тому, что зарубят скоро?»
«От дурень, – фыркнул голос. – Не бойся. Жить ты еще долго будешь. А про судьбу – то другое».
«Что другое?»
«Придет время, узнаешь. Соглашайся. Там вам обоим веселее будет. К тому же и шашки твои казаки из предгорий быстрее переймут».
«Ладно. Как скажешь», – понимая, что вести этот спор можно до бесконечности, сдался Беломир.
«Не журись. Так оно лучше будет. Не для того я доброго воя через время тянул, чтобы сгубить его глупо. А вой ты добрый, я знаю. Только забываешь многое».
«Это ты за что?» – не понял Беломир.
«А за то, что ночью мог и не одного стрелка положить. Попросить было потребно, чтобы глаза видеть стали. Делал ведь так уже».
«Точно, забыл», – покаянно вздохнул парень.
«Вот и запомни накрепко, что в бою меня о многом просить можно. Я помогу».
«Не привык я к такому, – на всякий случай пояснил парень. – В той жизни в любой драке привык только на себя рассчитывать».
«Знаю, потому и не сержусь», – усмехнулся голос, и в голове Беломира словно что-то отключилось. Как будто кто-то выключатель повернул. Голос пропал, а парень, очнувшись, окинул сидящих внимательным взглядом и, тряхнув головой, тихо спросил:
– Когда возы придут? Когда едем?
– А вот как тракты подсохнут, так и поедем, – моментально повеселев, тут же ответил Серко.
– Только учти, кирпич, он тяжелый. Конями его везти может и не получиться. Тут волы нужны, – поспешил перейти к конкретике Беломир.
– Буйволов тогда запряжем, – понимающе кивнул казак. – Те и поболе свезут.
– По весне, значит, – задумчиво повторил парень и, повернувшись к приятелю, добавил: – Придется нам с тобой, друже, все свои закрома перевернуть, чтобы разом все вывезти. Забудем чего, обратно не наездимся.
– Время имеется, сберемся, – усмехнулся бледный Векша, разводя руками.
– Занятные вы! – неожиданно усмехнулся Родомил. – Один здоров, словно бугай-трехлетка, а на второго смотрит, как телок на волка. А второй вроде и статей не богатырских, а глянет, и мураши по коже.
– Не волк он. Кречет, – без улыбки отозвался Серко. – Ты попробуй кречету в глаза глянуть, тоже мурашей почуешь.
