– Для того, чтобы обрезать тебе волосы, – добавил я. – Можно? – Она смотрела на меня жалобным взглядом. Я подошёл.
– Они отрастут, – пообещал я. – И, конечно, будут красивыми. Только нужно их расчёсывать.
Потом я принялся за стрижку. Чёрные пучки колтунов падали на пол, а я старался случайно её не поранить, что было довольно трудно, поскольку волосы пришлось срезать почти у самой кожи. Когда я закончил, я отступил на шаг, чтобы посмотреть на эффект от проделанной работы. Вампирша выглядела ещё жальче, чем прежде. Теперь, когда я избавил её от волос, её голова казалась лишь черепом, обтянутым тоненьким слоем кожи, а шея выглядела настолько хрупкой, что мне казалось, что я мог бы одними пальцами сломать девушке шею. И только большие чёрные глаза горели на исхудавшем лице. Да, надо признать, что я нашёл в этом существе одну прекрасную вещь: просто необыкновенной красоты глаза.
Меня ожидал визит к барону Хаустофферу, и я знал, что мне нужно будет к этому визиту соответствующим образом подготовиться. Возможно, я перегибал с осторожностью, но Мордимер Маддердин не прожил бы столько лет в этом не лучшем из миров, если бы грешил беспечностью в мыслях и поступках. Конечно, иногда я попадал в куда более серьёзные неприятности, чем ожидал, однако, когда я знал, что они могут возникнуть, я предпочитал обезопасить себя всеми возможными способами. А ведь Хаустоффер был исключительно опасным существом. Во время последнего пребывания в его замке я только чудом избежал смерти, хотя, точности и справедливости ради, надо признать, что я уехал с кошелём, полным золотых дублонов и поручением на будущее.
Хаустоффер рассказал, что когда-то он жил в Палестине и видел Господа нашего Иисуса Христа, восходящего крутой дорогой на Голгофу, с крестом на израненных плечах. Барон шёл, потягивая вино, потом смотрел на казнь, пока, наконец, не заснул, сморённый вином и зноем. Он не видел момента, когда Иисус спустился с креста и покарал римских легионеров, не видел, когда Господь вместе с апостолами и верными ему людьми шёл в сторону Иерусалима, чтобы искупать в крови неверный город. Только потом он увидел Иерусалим и в нём почувствовал тот удивительный и пугающий алый голод, который должен был мучить его по сей день. Там тоже поняли, что он не тот, кем был раньше. Он приобрёл сверхъестественную силу и скорость, не старел, он мог господствовать над людскими умами, нанесённые ему железом раны мгновенно заживали. А на плече он обнаружил вытатуированный знак змея и голубки. С тех пор он жил, не зная, было ли то, что случилось, благословением или проклятием. Или лишённой смысла и значения ошибкой? Деянием Бога или Сатаны?
Теперь я полагал, что в какой-то мере смогу ответить на вопросы, которые его волновали. Конечно, если сначала тщательно расспрошу находящуюся под моей опекой девушку, и если мне удастся получить какие-либо вразумительные ответы, что, учитывая её статус, не могло быть простой задачей.
Верил ли я в историю барона? Поначалу нет, ибо инквизиторы относились к заявлениям о вампирах так же, как и к байкам об оборотнях. Однако когда я получил возможность увидеть, как быстро движется Хаустоффер, когда я почувствовал его парализующий взгляд, когда я увидел острые как бритва зубы, то перестал сомневаться. Быть может, он лгал, рассказывая о своём прошлом, но, безусловно, он не был обычным человеком, а был существом, имеющим целый ряд сверхъестественных способностей. Я знал, что на самом деле я должен держаться как можно дальше от его замка. Однако необъяснимая загадка изводила меня, как шип, засевший в подошве стопы. И теперь, когда решение этой головоломки казалось ближе, чем когда-либо, я не мог отказаться. Я не ждал награды от Хаустоффера (хотя он обещал мне немало), я лишь надеялся, что эта тёмная история будет озарена светом познания. Ибо я уже объяснял когда-то барону, что я – человек, для которого главное – знания, и иногда не имело значения, куда эти знания могли меня привести. По своему опыту я знал, что иногда они заводили меня куда дальше, чем я хотел.
В соответствии с планом, который я составил, пришлось воспользоваться помощью Козоёба. Я досконально объяснил ему, какой мне нужен мастер, и какую он должен выполнить для меня работу. Набросал ему чертёж на листке бумаги.
– Это будет тебе немало стоить, – заметил он, не спрашивая, для чего мне нужны эти вещи. И хорошо, что не спрашивал, ибо всё равно не получил бы ответа.
– Как только ты вернёшь мне долг, я стану богатым человеком, – ответил я безмятежно.
Он молчал некоторое время и только потирал верх левой ладони пальцами правой.
– Ты знаешь, у меня нет такой суммы под рукой. Нужно будет подождать несколько дней...
– Ну, в конце концов, не я же упрашивал тебя, чтобы ты как можно скорее покинул мой дом, не так ли? Я подожду, сколько ты сочтёшь нужным. Познакомишь меня с женой? Когда она возвращается?
Он опустил глаза.
– На следующей неделе, – сказал он тихо. – Я улажу всё до этого времени. Клянусь.
