– Нельзя ли не допустить грабежей здешних обывателей? – спросил Ярополк у Варяжко.
Воевода пожал плечами.
– Можно попросить дружинников не бесчинствовать, но вряд ли они согласятся остаться совсем без добычи.
Ярополк с сожалением вздохнул, понимая, что пестун прав. Существовали законы, которые нельзя было нарушать даже князю, и одним из таких законов было право дружинников поживиться за счет побежденных. Если запретить воинам грабить, то они могут обидеться, а ссора князя с дружиной чревата непредсказуемыми последствиями.
Хоромы древлянского князя были совсем новыми: от стен, крыльца и лестницы исходил сильный древесный запах, медные крыши теремов ослепительно сверкали. Кое-что еще не успели достроить, а отделку только начали.
На княжьем дворе выстроились с обреченным видом в два ряда челядинцы и дружинники Олега. Широкоплечий воин со свежим шрамом на щеке приблизился к киевскому князю, поклонился и смиренно произнес:
– Мы в твоей власти князь Ярополк Святославович.
– Где мой брат, князь Олег? – спросил Ярополк.
Воин пожал плечами.
– Клянусь стрелами Перуна, не знаю!
– Может быть, вы знаете? – обратился князь к древлянским дружинникам.
Но те отвечали отрицательно. Многие видели князя Олега в бою, но никто не заметил его во время бегства.
Свенельд проворчал:
– Они со страху и не вспомнили о своем князе.
Дружинников Олега смутило это замечание.
– Я велю нашим людям разузнать о князе Олеге, – вмешался Варяжко. – Покуда же надобно отужинать, а то, князь, у тебя с утра маковой росинки во рту не было. Давайте, потчуйте гостей! – обратился он к челяди Олега.
«Да, поесть не мешало бы», – подумал Блуд.
Неожиданно Мстиша толкнул его в плечо и прошептал:
– Вон он, вон он – хромой Кудеяр!
– Где? – встрепенулся Блуд.
Он посмотрел туда, куда устремил свой взгляд Мстиша, но никого не увидел.
– Да, где же он?
Юноша растерянно пробормотал:
– Он стоял у колодца, а потом словно в воду канул.
Ярополк слез с коня и направился в покои. Воеводы и старшие дружинники последовали за ним. Был подан ужин, который продлился недолго, потому что все очень устали. Еще до наступления темноты палаты погрузились в глубокий сон.
На следующее утро к Ярополку привели древлянина, видевшего, как Олег упал с моста в ров. Киевский князь велел искать труп, а сам поднялся в терем.
– Кажись, нынче в княжьих палатах будет невесело, – сказал Мстиша Блуду. – Пойдем, погуляем по Вручию.
– Пойдем.
Но не успел Мстиша уйти, как ему сообщили о внезапной болезни его отца. Юноша остался, а Блуд отправился на прогулку вдвоем с Фомой.
В городе дружинники киевского князя отнимали у местных жителей не только более ли менее ценные вещи, но также вино и съестные припасы. Варяжко, исполняя данное Ярополком обещание, организовал охрану дворов бояр, прочие же вручане оказались беззащитными перед алчностью завоевателей. Самый разнузданный грабеж творился за воротами детинца. Шагая по посаду Блуд и Фома слышали отовсюду крики и видели, как ратники обирают хозяев окрестных дворов. Фома осуждающе кряхтел, а в одном из проулков воскликнул:
– Что творит, тать!
Эти слова относились к молодому дружиннику, отнимающему кусок полотна у древней бабки. Поскольку старуха вцепилась в свою собственность мертвой хваткой, ратник тащил ее за собой волоком.
– Не по-божески он поступает! – заключил Фома и, перемахнув через полуразвалившуюся ограду, бросился на помощь старухе.
Между ним и дружинником произошел спор, во время которого бабка с полотном успела скрыться. Тогда оставшийся без добычи молодец принялся осыпать Фому бранью. Поняв, что вот-вот может случиться драка, Блуд хотел вмешаться, но тут его внимание привлек человек, ковылявший, прихрамывая на левую ногу, мимо проулка. Это был никто иной, как тот самый кудесник, который испортил в Киеве христианам светлый праздник Пасхи.
«Мстиша сказывал, что его кличут Кудеяром».
Забыв о Фоме, Блуд последовал за хромцом и не заметил, как они, миновав посад, дошли до полуразвалившейся избушки у болота. Неожиданно кудесник обернулся. От пронзительного взгляда похожих на два глубоких омута глаз Блуд вздрогнул, и тут же свет перед ним померк.
«Что со мной?» – успел удивиться он…
Очнулся Блуд связанный по рукам и ногам. Лежа на земляном полу, он видел почерневшие стены и проглядывающее сквозь дырявый потолок пепельно-голубое небо. На куче хлама сидел усмехающийся Кудеяр.
«Упырь затащил меня в избу и связал», – догадался Блуд.
Хромец хихикнул:
– Любопытство до добра не доводит.
– Ты чего собрался делать? – спросил Блуд хриплым голосом.
– Положить требу болотным духам. Ты ведь христианин? Я видал у тебя крест. Будешь в болоте проповедовать свою веру.
Он опять засмеялся, довольный своей шуткой.
Блуд лихорадочно соображал:
«Может, Фома заметил, куда я пошел, и сыщет меня. Надобно и самому попытаться освободиться».
Кудеяр словно услышал его мысли:
– Никто тебя не сыщет, и освободиться ты не сумеешь.
Несмотря на столь неутешительный прогноз, Блуд не пал духом. Он попытался разговорить чародея:
