Первое достоверное свидетельство о начале деятельности масонов в России относится к 1731 году, когда гроссмейстер Великой ложи Англии лорд Ловель назначил некоего капитана Джона Филипса провинциальным Великим мастером «для всея России». Но это был рафинированный англичанин, который распространял идеи братства вольных каменщиков преимущественно среди своих соплеменников, живших тогда в Санкт-Петербурге. А вот в 1740 году новым гроссмейстером для России стал уже генерал русской службы Яков Кейт. Имеются также документальные свидетельства, что в сороковых годах XVIII столетия, во времена царствования Елизаветы Петровны, Петербург имел сношения с берлинской масонской ложей «Трех глобусов», впрочем, не только с ней… В этот же промежуток времени в Европе и в России происходит целый ряд любопытных событий, которые нельзя не принимать во внимание. Так, в 1738 году Папа Римский Климент XII выпускает буллу, разоблачающую и отлучающую от Церкви всех франкмасонов — «врагов Римской церкви». Он обвинил вольных каменщиков в лицемерии, притворстве, ереси и извращениях (между прочим, весьма схожие обвинения в свое время были выдвинуты против тамплиеров). В особую вину им ставились таинственность и скрытность. Виновным в принадлежности к масонству грозило отлучение от Церкви. В этой связи логично будет предположить, что со временем часть масонов перебралась из Европы, где становилось небезопасно, в Россию, где к иноземцам относились с почтением, а масонов тогда еще не рассматривали как прямую угрозу Церкви и светскому порядку.
Кроме того, удивительное событие происходит в России в 1742 году. Императрица Елизавета Петровна, будучи молодой (ей всего тридцать три года) и, по свидетельству очевидцев, весьма привлекательной женщиной, которая только что взошла на трон и вовсе не испытывала недостатка в фаворитах, вместо того чтобы выйти замуж и продолжить династию, так сказать, естественным путем, вдруг провозглашает наследником трона под именем Петра Федоровича своего племянника Карла Петра Ульриха — герцога Гольштейн-Готторпского. Этот Карл Петр был сыном герцога Карла Фридриха Голштинского и безвременно почившей дочери Петра Анны. В свою очередь, ныне общеизвестно, что герцоги Голштинские имели самые тесные связи со шведским двором, при котором процветало масонство «шведской системы». В Швеции же находился центр иоанновского, или символического, масонства.
Английское же масонство в России получило дальнейшее развитие только в 1771 году, когда в Санкт-Петербурге была основана Великая английская ложа. Кстати, именно в том году — что за удивительное совпадение! — в Российской империи правительственным указом было запрещено отшельничество: отныне монахам предписывалось жить только в монастырях. Это решение, несомненно, нанесло удар по самым сокровенным традициям православия, восходящим еще к преподобным отцам печерским, основателям Киево-Печерской лавры. Учитывая взаимную вражду официальной Церкви и братства вольных каменщиков, этот факт мог быть вовсе не случайным стечением обстоятельств.
Вообще-то, масонам в России после Петра не слишком-то везло на царей. Их не притесняли, но и не очень-то жаловали. Особенно отличилась в этом смысле Екатерина II. Единственным, но очень коротким по времени исключением стало правление императора Павла — Великого магистра Мальтийского ордена. Как раз при нем, почти через сто лет после исторической поездки Петра Великого в Англию, снова переплетаются пути тамплиеров и масонов — ведь именно Мальтийский орден волею судеб оказался официальным преемником двух знаменитых рыцарских орденов Средневековья — как госпитальеров, так и храмовников.
Иван Степанович взял паузу, затем с невинным видом поинтересовался:
— Вы, Анечка, как давно посещали Петропавловский собор и насколько хорошо вы его знаете?
— Честно говоря, я и была-то там лишь пару раз, — покраснев, ответила Шувалова.
— Ну как же так, ребятки, жить рядом с таким колоссальным артефактом и не изучать его. — Иван Степанович покачал головой и добродушно пробурчал: — Ладно, расскажу. Так вот, — продолжил он, — если бы при посещении этого собора вы внимательно почитали бы надписи на гробницах упокоенных там монархов, то наверняка бы заметили удивительный текст на гробницах Петра III и Екатерины II. Он гласит: «Самодержавный… государь Петр III, родился в 1728 г. февраля 16 дня, погребен в 1796 г. декабря 18 дня». «Самодержавная… государыня Екатерина II, родилась в 1729 г. апреля 21 дня, погребена в 1796 г. декабря 18 дня». Указанные на могилах даты погребения, а не смерти супругов, создают иллюзию, что император и императрица провели всю жизнь вместе на троне, умерли и похоронены в один день.
— Но ведь это совсем не так! — воскликнула Шувалова. — Довольно странно… Петр III умер за тридцать четыре года до кончины супруги — это же исторический факт!
