— Что вы сделали с господином Орти? Если не сознаетесь, я никуда с вами не пойду и ничего говорить не стану.
— А если сознаемся? — виновато глянув на спутников, спросила девушка.
— Это будет зависеть от того, что вы скажете. Но учтите, ложь я почувствую сразу!
— Хорошо, — коротко кивнул Дик Енси, — слушайте. Мы ничего не делали Тому Орти, клянусь вам. Ваш хозяин угодил в свою же охотничью ловушку.
— Он погиб?! — отшатнулся старик.
— Этого мы не знаем. Но ловушка была взведена с ошибкой, поэтому раздавлен Том Орти ею не был. Он просто исчез.
— Навсегда? — уточнил Таур.
— А какая разница? — опять не выдержал Рем.
— Большая. Если навсегда, он не станет потом на мне отыгрываться. А вот если вернется и узнает, что я его оклеветал…
— Опять вы за свое, сударь! — начал закипать и Дик. — Вы ни на кого не станете клеветать, мы вас не об этом просим. Всего лишь скажите судье, что вы видели на самом деле.
— И тогда я обещаю вам, — выпалила вдруг Дила. — что вы по-прежнему останетесь здесь управляющим!
— Как вы мне можете что-то обещать? — прищурился Таур.
— Потому что тогда уже я стану вашей хозяйкой.
— Вот даже как? — заинтересованно оглядел ее старик. — Теперь я начинаю понимать, зачем вам это нужно… А если я все-таки не соглашусь?
— Тогда, — сухим деловым тоном проговорил Дик Енси, — имущество пропавшего без вести Тома Орти пойдет через полгода с молотка. И вряд ли его новый хозяин захочет оставлять в управляющих столь возрастного человека. — Он вдруг прищурился и продолжил уже откровенно зловеще: — Вот лично вы стали бы брать в услужение хромоногого старца?
— Не такой уж я и старый, — обиженно пробормотал управляющий. И вопросительно оглядел собеседников: — А чего мы стоим? Мы летим к судье или его самого здесь ждать будем? Так ведь не дождемся, уверяю вас, у судьи и без нас дел хватает.
Судья, черноволосый плотный мужчина, к которому чуть позже прибыли все четверо, выслушав суть дела, безапелляционно заявил:
— Вопросы наследования не могут решаться на основании того, что кто-то видел, как наследодатель исчез, к тому же, насколько я понял, вы даже этого не видели.
— Я видел, как он угодил в ловушку! — воскликнул Рем Акор. — Можете применить ко мне дознавательскую магию!
— На том месте остались останки наследодателя? — поднял густые темные брови судья.
— Нет, потому мы вам и сказали, что он исчез. Ловушка была взведена неправильно, вот она и сработала необычно.
— То есть доказательств гибели наследодателя вы не имеете? — уточнил судья. И поскольку вопрос был, скорее, риторическим, продолжил: — Но даже если бы у вас имелось его мертвое тело, наследовать имущество покойного по закону можно лишь через полгода. А посему…
— Через полгода?! — схватился за голову Акор. — Но нам нужно сейчас! Немедленно!
— Позвольте поинтересоваться, к чему такая спешка? Тем более на право наследования претендуете не вы, а эта молодая особа, — указал судья на Дилу.
— Да потому что нам нужно, чтобы она имела право пользоваться охотничьими ловушками Тома Орти!
Брови судьи вновь поползли наверх.
— Ловушками?.. Там что, много диких животных? Кто именно там водится, будьте любезны сказать? Видите ли, я сам заядлый охотник, и…
— Там просто тьма различного зверья, сударь, — сказал Дик Енси. — Но вы же понимаете, что по закону мы не можем воспользоваться ловушками и кристаллом управления Тома Орти. А сейчас как раз открыт сезон на лихорога, вот мы и торопимся решить этот вопрос. Мы бы и вас пригласили на охоту… В смысле госпожа Дила пригласила бы.
— Но для чего вам именно право наследования? — с откровенной заинтересованностью посмотрев на девушку, спросил судья. — Если вы действительно состояли в отношениях с Томом Орти, то уже имеете право на совместное с ним владение собственностью. Правда, одного свидетельствования о том, что вы там ночевали, все-таки мало.
— Больше свидетелей нет, — развела руками Дила.
— Я имею в виду не само доказательство проведенной там ночи. Хотелось бы подтверждения того, что вы там жили. Во всех, что называется, смыслах. Вот если бы имелось что-то более личное, так сказать, интимное… Доказательство того, например, что вы спали в хозяйской постели, или хотя бы, что мылись в его личной ванне…
— Я мылась! — едва не подпрыгнула Дила. — Можете подвергнуть меня этой вашей магии и узнать, что я говорю правду!
— Ваших слов, даже подтвержденных дознавательской магией, будет для этого, увы, недостаточно, вы — непосредственно заинтересованное лицо. Вот если бы было что-то вещественное, материальное…
— Там есть гель, которым я пользовалась, можно провести экспертизу!
— Так это же совсем другое дело! — радостно потер ладони судья. И повернулся к Дику Енси: — Лихороги, вы говорите? А какие именно — вислоухие или остроносые?
