— Начну с того дома, где тебя накрыло, — как ни в чём не бывало, начала она излагать. — Дом купили за несколько дней, у прежнего владельца, причём через подставных лиц, разыскать которых пока не удалось. Не удивлюсь, если их трупы отыщем в ближайшее время в трущобах Мангерна, — Эрис поморщилась. — Прежний владелец, некий господин Вальтун, помочь увы, ничем не может, ибо в его памяти прискорбные провалы, описания тех, с кем он заключал сделку, мы не получили. Память ему грамотно подтёрли.
— Я же говорил, выше седьмой категории, — обронил Эрсанн, вернувшись на своё место.
— За эти несколько дней все жильцы удивительным образом получили более выгодные предложения по жилью, и к утру вчерашнего дня дом стоял пустой, — Эрис отпила глоток вина. — Вот так-то. Тут все ниточки оборваны, увы.
— Кроме ауры, — Лорес поднял палец. — Кто хоть, мужчина, женщина?
— Мужчина, — ответила Эрис. — Как уже знаешь, имеет отношение по метке к роду Нолейвов.
— Что по ним? — Морвейн-младший положил подбородок мне на плечо, а я, увлёкшись рассказом его зама, вдруг поняла, что мне уютно и уже не так напряжённо в объятиях больного.
Даже несмотря на то, что в спальне посторонний человек. Эрис особо и не заостряла внимание ни на моём нахождении на этом выездном собрании отдела расследований преступлений с применением магии, ни на том, что Лорес так свободно ведёт себя по отношению ко мне. Да и меня увлекло расследование, Эрсаннов сын вёл себя прилично, и… я расслабилась окончательно.
— Род старинный, но хилый, — продолжила доклад Эрис, листая бумаги в папке. — Корни ещё со времён старой династии, когда-то были приближёнными к королю и дворцу, но после переворота отдалились, и не принимали участие в активной светской жизни, жили в своём загородном поместье. Хотя когда-то в их роду и появлялись довольно сильные маги, пятой-шестой категории, постепенно сила ушла от них. Выше третьей в последние пару сотен лет в их семье дети не рождались. В общем, лет двадцать с небольшим назад, последняя представительница рода Нолейв, овдовев в девятнадцать лет, продала имение, собрала вещи и махнула в Элимию, строить новую жизнь.
— Овдовев? — почему-то это замечание царапнуло. — А муж как умер? И были ли дети в этом браке?
Моя рука легла на предплечье Лореса, я, погрузившись в размышления, рассеянно глотнула вина — красного, немного терпкого, с лёгким фруктовым привкусом. И мне как-то в голову не пришло, почему это леди, зам главного следователя, должна отвечать на мои вопросы…
— Муж умер от естественных причин, гнилая лихорадка увы, не лечится даже магией, — тем не менее, Эрис ответила. — Сгорел за три дня, по словам лекаря, который смотрел за ним.
Детей, официальных, от первого мужа не было, леди уехала одна из страны.
— Первый? — я подалась вперёд, чуть не расплескав вино, чувствуя, что хоть и наощупь, но продвигаюсь в правильном направлении. Вспыхнул знакомый азарт, я позабыла, что по положению стою гораздо ниже Эрис, и никто не давал мне дозволения так свободно с ней разговаривать. Морвейны молчали… — Значит, ещё мужья были? И что значит, официальных детей не было?
Похоже, моё случайное и шальное предположение о том, что Лимер могла иметь отношение к этому роду, имеет все шансы подтвердиться! В нетерпении поёрзала и хлебнула ещё вина.
— Леди Сигирин в Элимии вышла второй раз замуж, за обычного человека, торговца пряностями, и у них дети были, — Эрис небрежно бросила папку на пол, положила ладони на спинку стула и опустила на них подбородок, в упор посмотрев на меня. С довольной улыбкой. — С тех пор сведений о представителях рода Нолейв практически не поступало, может, кто-то из потомков и возвращался в Арнедилию, но в архивах ничего нет по ним. Про неофициальных детей леди Сигирин неизвестно.
Я от возбуждения щёлкнула пальцами, сердце забилось быстрее, и все инстинкты вопили о том, что мои рассуждения верные. Лорес, словно почувствовав, разжал руки, я вскочила и прошлась, совершенно не задумываясь, как выгляжу со стороны, и что экономка себя так вести не должна.
— Лимер — точно её дочь, — уверенно заявила я, глядя перед собой невидящим взглядом. — Всё совпадает, леди внезапно уезжает, а потом ребёнку регулярно перечисляют неплохие суммы денег, жена торговца пряностями может себе это позволить, насколько знаю, пряности стоят прилично, особенно редкие. И потому следов не найти было её родителей, что мать далеко, а отец… а вот кто отец, это интересно, — я остановилась напротив молчаливого Морвейна-старшего. — Эрсанн, вспомните, она примерно вашего возраста, может, вы что-то слышали тогда, слухи, сплетни, об этой леди?
Министр магии, оставив бокал висеть рядом с собой в воздухе, широко улыбнулся, скрестил руки на груди и откинулся на стуле, глядя на меня так, будто я — его любимая ученица, сдавшая на красный диплом.
— Я тебе говорил, что никогда не ошибаюсь в людях? — обронил он, повернув голову к Эрис, но продолжая смотреть на меня. — Она находка, правда? Ещё и прелесть, — улыбка превратилась в хулиганскую ухмылку, и Эрсанн сейчас стал удивительно похож на своего сына.
